Если кто-то возьмется определить в Беларуси наименее коррумпированную общественную сферу, то без сомнения это будет журналистика, а тем более журналистика независимая.  Вряд ли кто вспомнит хоть одно дело, связанное с получением взятки каким-нибудь негосударственным журналистом. За что давать взятку журналисту? Что он может решить? Ничего.

Вернее журналист может посодействовать только в одном – предать гласности те или иные события, чтобы на эти события обратило внимание общество, и особенно  власть держащие. Обычно, это очень конфликтные ситуации, и, обычно, за журналиста хватаются как за спасительную соломинку, после того, как пройдены все возможные инстанции.

Но если тема интересная, привлекает общественное внимание, то журналист сам готов заплатить за такую информацию.  А если тема не актуальна, то, сколько ни предлагай, никто не возьмется писать про то, что никому не интересно.

Но вот ДФР КГК задержал «великого взяточника» Сергея Сацука, главного редактора «Ежедневника», умудрившись поймать «акулу коррупции» в дурно пахнущем унитазе. Против одного его нацелена и работает государственная силовая машина, как-будто именно в нем основная коррупционная угроза для страны.


Нормальному и вдумчивому человеку ничего не нужно объяснять по этой ситуации. Он все поймет, просто посмотрев репортаж канала «Беларусь 1» из зала суда по делу медиков от 22 августа 2019 года. 

Занятный получился репортаж , где 21 обвиняемый, где космические суммы взяток и изъятых денег из гаражей. Где ущерб, нанесенный имиджу государства и системы здравоохранения просто невозможно оценить деньгами.  

Так вот, большая часть репортажа была посвящена не описанию коррупционных схем, ни тому, как такое стало возможным в нашем государстве, где постоянно и  громко ведется борьба с коррупцией. Большая часть репортажа была посвящена  главному редактору «Ежедневника» Сергею Сацуку, который якобы взял 5 тысяч долларов за написание статьи, причем статьи именно о коррупции в Минздраве.

Собственно, за эту статью, и за многие другие правоохранительным органам правильнее было бы премию дать Сергею за помощь в борьбе с коррупцией, а не задерживать.

Ведь со статей в «Ежедневнике» и началось нормальное расследование знаменитого «дела медиков», хотя все факты, изложенные в них, давным-давно были у правоохранительных органах, ведущих борьбу с коррупцией.   

Но когда количество статей о коррупции в Минздраве на портале «Ежедневник» превысило какую-то критическую массу, к Сергею от определенных людей пришел человек и  конкретно предупредил, что либо посадят, либо убьют.   

Поэтому мы абсолютно уверены, что Сергей не брал никаких 5 тысяч долларов, да никто их не предлагал. В Беларуси просто нет соответствующего рынка, нет спроса и предложения. 

После просмотра смонтированной в нужном ракурсе «оперативной съемки» с конвертом, которую показал канал «Беларусь 1», сразу возникает вопрос: почему Сергея не задержали сразу же после получения конверта, так сказать с поличным, раз следите, фиксируете на видео? 

Почему оперативная съемка попала сначала на БТ и только через полгода вдруг задержали Сергея. Задержали человека с больным сердцем прямо на улице,ничем не обосновав необходимость столь строгой превентивной меры.

Ответ по нашему мнению очевиден: никакой взятки не было.  А задержали именно сейчас потому, что Сергей Сацук не внял предупреждениям, в чем можно убедиться, прочитав его последние статьи. 

Поэтому мы оцениваем  задержание Сергея Сацука не как фрагмент борьбы белоруской правоохранительной системы со взяточником. А как фрагмент борьбы коррупционеров с  человеком, который посмел посягнуть на их выстроенную систему.


Мы далеки от мнения, что  у человека, давшего команду задержать Сергея, вдруг проснется совесть и он повернет ситуацию вспять. Но мы уверены, что и во власти есть честные люди, которые думают не только о своем кармане и карьере. Но найдут ли эти люди в себе смелость разобраться со всем этим - вот в чем главный вопрос. И если найдут, то  насколько их голос окажется сильным.      

Пока же пожелаем Сергею Сацуку и его семье стойкости, терпения и здоровья.  И пусть он знает, что не один, и он не брошен.