На белорусских телеканалах по-прежнему доминирует российский контент. Это подтвердил мониторинг, проведенный Белорусской ассоциацией журналистов (БАЖ). 70% белорусов, а именно такая часть населения получает основную информацию из телеящика, уже «переехали» в Россию, не выходя из дома.

Фото pixabay.com

 

Денег больше — толку меньше?

БАЖ мониторил содержание телеканалов, входящих в обязательный общедоступный пакет телепрограмм. С 21 октября по 17 ноября 2019 года эксперты внимательно смотрели «Беларусь 1», ОНТ, СТВ, «Мир», «РТР-Беларусь», «НТВ-Беларусь», «Беларусь 2» и «Беларусь 3».

Изучалась пророссийская пропаганда и освещение «углубленной интеграции» на белорусском государственном телевидении в преддверии планировавшегося на 8 декабря подписания главами Беларуси и России соглашений по углубленной интеграции и дорожных карт к ним.

Как отметил председатель БАЖ Андрей Бастунец, основным источником пророссийской пропаганды в Беларуси остается телевидение, которое содержат налогоплательщики:

«Причем резкое увеличение бюджетного финансирования государственных медиа в 2019 году (в первую очередь Национальной телерадиокомпании) пока не привело к продекларированному белорусскими властями увеличению белорусского контента в телевизионных СМИ».

Итак, согласно результатам мониторинга, доля телевизионной продукции, произведенной в России или с ее участием, в вещании телеканалов, входящих в обязательный общедоступный пакет телепрограмм, доминирует.

Как и год назад, четыре телеканала демонстрировали в прайм-тайм более 60% продукции российского производства. Доля таких передач за год увеличилась у двух телеканалов («Беларусь 2» и «РТР-Беларусь»), существенно уменьшилась также у двух («НТВ-Беларусь» и СТВ), оставаясь при этом у «НТВ-Беларусь» весьма значительной (более 74%).

 

Пророссийской пропаганды больше у белорусских журналистов, чем у российских

Как отметил Андрей Бастунец, пророссийская пропаганда и риторика углубленной интеграции в вечерних новостных и публицистических передачах чаще звучала в белорусских передачах, чем в ретранслируемых с российских каналов.

Например, на белорусских госканалах активно муссировалась идея о том, что Беларусь неотделима от славянских народов, а совместная история и память позволяют выстраивать тесные отношения, ведь у нас огромный совместный опыт, единый язык, а Беларусь взяла лучшее из СССР и умножает его традиции.

Еще один звучавший с экранов белорусского ТВ лозунг — «Мы с Россией — навсегда». И чем ближе к 8 декабря, тем мощнее звучали такие идеи.

«Союзное государство развивается. Углубление интеграции — стратегический выбор. Стратегическое сотрудничество Беларуси и России строится на основе Договора о Союзном государстве. Ждем принятия важных решений. После подписания программы по углублению интеграции бюджет Союзного государства может вырасти. Мы не только сотрудничаем, но и дружим. Связи Беларуси и регионов России крепнут», — привел Андрей Бастунец основные тезисы, которыми телеканалы кормили своих зрителей.

 

«Если нет политической воли, не будет сдвигов и в медийной политике»

Один из участников мониторинга медиаэксперт Максим Жбанков обратил внимание на то, что в целом контент белорусских телеканалов противоречив.

Эксперт отметил парадные сюжеты на государственных телеканалах о братстве народов, общей истории, общем языке, общих врагах и одновременно критику поведения РФ по отношению к союзной Беларуси:

«Мол, русские не вкладывают душу, как мы, в проект Союзного государства. В результате самыми русскими оказались белорусы. Мы выступали на ТВ как последовательные сторонники интеграции, а они не очень. А президент Беларуси позиционировался как самый надежный, самый честный и порядочный, но ему не повезло с партнерами».

Максим Жбанков подчеркнул, что в сюжетах белорусских телевизионщиков уживалось противоречивое желание отстаивать суверенитет и выступать за интеграцию.

«Москва в голове», отметил Жбанков, формируется не только на политическом уровне, но и на уровне развлекательного контента: российских развлекательных передач и сериалов, составляющих основу эфирной сетки белорусского телевидения в прайм-тайм.

Жбанков считает, что такая картина будет наблюдаться и в ближайшем будущем, поскольку внятной национальной культурной политики у государства нет, в результате телевидение и шоу-бизнес используют заимствования, клишированные имитации российской продукции:

«Индустрия культуры построена на конкуренции, на неоднозначности. В нашей ситуации монолитной монотонности культурного конвейера говорить о чем-либо остром, экстравагантном, ярком по определению невозможно. В этой ситуации дешевле покупать чужое, и это не значит, что это лучше. Альтернатива, однако, есть, но она неудобная для государства: неформальная музыкальная культура, неофициальная кинематография, которой не пробиться на Беларусьфильм. Наконец, существуют независимые медиа. Этот сектор живой культуры не может стать основой для деятельности государства в этой сфере при существующем политическом строе».

Жбанков считает, что пророссийскость телевидения для власти — «это стратегия выживания и сохранения собственного господства».

«Если нет политической воли, соответственно, не будет сдвигов и в медийной политике», — подытожил Маким Жбанков.