Предпринимателю Виталию Санотенко и журналисту Евгению Глаголеву-Васюкевичу предстоит компенсировать женщине моральный вред в размере 500 рублей, а также оплатить судебные издержки. Издание должно в семидневный срок опубликовать частичное опровержение спорного материала.

С таким решением сторона ответчика не согласна. Во время прений, которые прошли 16 января, Виталий Санотенко настаивал, что в публикации, которая была размещена на сайте интернет-ресурса «Бобруйский курьер» 15 ноября прошлого года, не содержится информации, которая могла бы нанести урон чести и достоинству Юлии Фурман, не затрагиваются вопросы ее деловых качеств и профессиональной репутации (женщина работает юрисконсультом на сельхозпредприятии «Михалевская Нива»).

Истица же утверждала, что после публикации статьи ей приходится оправдываться перед коллегами и знакомыми, хотя противоправных действий она не совершала. Юлия Фурман заявляла ходатайство о том, чтобы судебное заседание проходило в закрытом режиме, но оно было отклонено.

Суд признал, что фраза «была вызвана милиция» не порочит ее чести и достоинства, а вот претензии к фразе «зафиксировала нарушения» являются обоснованными.

В результате исковые требования Юлии Фурман были частично удовлетворены: женщина оценила причиненный ей моральный ущерб в 5 тысяч рублей.

Главный редактор «Бобруйского курьера» Анатолий Санотенко, комментируя решение суда, отметил, что не считает его справедливым.

— Будем обжаловать, — заявил он.

Что произошло на досрочных выборах

Юлия Фурман 14 ноября выполняла функции секретаря на избирательном участке, расположенном в общежитии на Молодежном бульваре, 3. Примерно в 14 часов, когда регламентом досрочных выборов предусмотрен перерыв, она и председатель избиркома опечатали урны для бюллетеней. Председатель ушел, а секретарь осталась на участке для досрочного голосования, закрыв дверь в помещение.

Через несколько минут, по ее словам, внутрь заглянула наблюдатель Алла Шпакова, которая тут же связалась с Галиной Смирновой, доверенным лицом кандидата в депутаты Александра Комара. Вместе женщины, как утверждает секретарь, стали возмущаться, почему Юлия Фурман находится в помещении для голосования в неурочное время одна и при закрытых дверях, потом потребовали вызвать милицию. В итоге из соседнего помещения вышел дежурный милиционер, в обязанности которого входило поддержание порядка на избирательном участке.

 

Юлия Фурман не отрицает, что около 20 минут провела за закрытыми дверями наедине с урной для голосования, между опечатанной крышкой которой и боковиной была щель. Но считает, что к инициированному ею судебному процессу это не имеет никакого отношения. Фразы о вызове милиции и фиксации нарушений в статье указывают, по мнению секретаря, что она совершила некие противоправные действия.

После выхода публикации Юлия Фурман связалась с редакцией «Бобруйского курьера» по электронной почте, потребовав опровержения. Получив отказ, она обратилась в суд. Буквально за несколько дней до заседания, по ее словам, в текст, ставший поводом для судебного разбирательства, были внесены изменения, что подтверждают сделанные ею скриншоты.

— Новый вариант текста меня устраивает, но я требую, чтобы было опубликовано опровержение. И выплачена компенсация за то, что мое имя «полоскали» по всему интернету.

Наблюдатель Галина Смирнова сообщила, что за сохранность урны с бюллетенями отвечает милиция, которая не вмешивается в избирательный процесс и не может фиксировать нарушения в ходе выборов.

— Для этого необходимо подавать жалобу в окружную избирательную комиссию, что мы и сделали. Есть фото, на которых видно: в урне была щель, через которую за закрытыми дверями можно вбросить фальшивые бюллетени. Не утверждаю, что именно так все произошло. Но мы попытались обратить внимание на это нарушение.

Ответ на жалобу из окружной избирательной комиссии уже получен. В изложенных фактах вышестоящая инстанция, по словам Галины Смирновой, нарушений не усмотрела. Всего же, утверждает доверенное лицо кандидата в депутаты, по Бобруйску уже получены ответы из окружного избиркома на 48 жалоб на нарушения, зафиксированные наблюдателями на различных участках. Пока ни одна жалоба не была удовлетворена.