Нефтяной кризис в отношениях между Минском и Москвой пока не разрешен, хотя некие подвижки наметились. С 1 января российская нефть в Беларусь не поступает, поскольку нет контрактов. Два НПЗ — в Новополоцке и Мозыре — работают на запасах, снизили загрузку до технологического минимума, экспорт нефтепродуктов приостановлен (приоритет — внутренний рынок). Из-за чего заварушка и чем она закончится?

Сегодня на нефтяную тему переговорили по телефону премьеры Сергей Румас и Дмитрий Медведев. «Работа по заключению контрактов на поставку углеводородного сырья из Российской Федерации в Республику Беларусь по цене, исключающей премию поставщикам, продолжается. Сегодня оформляются документы с российской компанией на прокачку первой партии нефти, закупаемой по цене без премии», — сообщает «Белнефтехим».

Непосвященному в этих замысловатых формулировках попробуй разберись.

Отметим, что формально ситуация выглядит как спор хозяйствующих субъектов. Причем она не такова, что, вот, Москва «назло врагу» закрыла задвижку, решила любой ценой устроить блокаду. Упирается, добиваясь снижения цены, белорусская сторона. И первая партия без премии выглядит, пожалуй, маленьким завоеванием.

 

Нефть с примесью политики

Беларусь просит снизить контрактную цену на нефть, потому контракт до сих пор не заключен, сообщил РИА «Новости» источник в отрасли. По его словам, «цена поставок на данном направлении рассчитывается как рыночная цена плюс премия примерно 10 долларов. Наши грузоотправители хотят ее сохранить, белорусская сторона настаивает на снижении».

За счет отмены или уменьшения премии Минск старается хоть немного смягчить издержки от налогового маневра в российской нефтяной отрасли. Вероятно, об этой особой формуле ценообразования на нефть для наших НПЗ после декабрьских переговоров в Сочи говорил посол Беларуси в России Владимир Семашко.

Но в итоге, как видим, не срослось. При том что перед Новым годом уже лично Александр Лукашенко пытался разрулить вопросы поставок энергоносителей, беседуя по телефону с Владимиром Путиным (трижды за два дня!), Медведевым и российским министром энергетики Александром Новаком.

На том моменте, что переговоры об энергоносителях велись на уровне двух президентов, акцентирует внимание эксперт аналитического центра «Стратегия» (Минск) Валерий Карбалевич.

«В любом хозяйственном конфликте между Беларусью и Россией всегда есть политическая составляющая, — отметил аналитик в комментарии для Naviny.by. Скажи Путин: ну ладно, простим мы эти десять долларов — и проблемы бы не было».

В прежние времена Москва в отношениях с ближайшим союзником позволяла себе и куда большую щедрость. Но все резко изменилось после «ультиматума Медведева» в декабре 2018 года: дальнейшая финансово-экономическая поддержка — только если соглашаетесь на «продвинутый вариант» интеграции.

И вот уже год с лишним Кремль демонстрирует невиданную жесткость, навязывая программу углубления интеграции, предусматривающую реализацию пакета дорожных карт. Что, по мнению многих независимых экспертов, несет угрозы белорусскому суверенитету.

 

«Торг идет за скидку в пределах премии»

Цена российской нефти для белорусских НПЗ в 2020 году неизбежно повышается под влиянием налогового маневра в российской нефтяной отрасли, пояснила в комментарии для Naviny.by белорусский эксперт в области энергоносителей Татьяна Манёнок. При мировой цене нефти в 60 долларов за баррель этот рост составит 17,7 доллара за тонну.

Причем от российских нефтяных компаний этот рост не зависит, отмечает эксперт. Компенсацию же за налоговый маневр Москва жестко связывает с выполнением дорожных карт углубления интеграции, в частности с унификацией налогового законодательства.

«Так что теперь торг идет за скидку в пределах премии для этих компаний, которая, по сообщениям российских источников, составляет 10 долларов за тонну», — подчеркнула собеседница.

Добавлю, что, по прикидкам источника tut.by, выигрыш Беларуси, если удастся уломать Москву на продажу всей нефти в 2020 году без премии, может составить около 240 млн долларов.

Манёнок считает, что у белорусской стороны есть основания для такого торга. Во-первых, размер премии определялся, когда сама нефть была заметно дороже. Во-вторых, качество российской нефти ухудшается.

Собеседница считает маловероятным, что в этом споре Минск пойдет на какие-то радикальные шаги — например, перекроет транзит российской нефти через Беларусь или начнет отбирать ее из трубы для своих нужд.

По словам эксперта, стороны, вероятнее всего, найдут компромисс. Российские компании ведь тоже заинтересованы в поставках, некоторые из них имеют в Беларуси свои АЗС.

Кроме того, в определенные периоды и в определенных объемах для белорусских НПЗ могут быть экономически обоснованными и альтернативные поставки нефти и нефтяного сырья. Хотя в целом как минимум до окончания налогового маневра в России ее нефть будет для Беларуси дешевле, чем на мировом рынке, отметила Манёнок.

 

В чем коварство пакетного подхода

По сообщению «Белнефтехима», «с учетом реализации очередного этапа налогового маневра в Российской Федерации цена на «дешевую беспошлинную российскую нефть» на сегодняшний день составляет 83% от мировой».

Да, она дорожает и для российских НПЗ, но те получают от своего государства поддержку в виде обратного акциза. То есть условия очевидно неравные.

Белорусская сторона на это и давит: мол, в союзных договоренностях записаны равные условия хозяйствования. Но что Москва отвечает: там много всего записано, давайте выполнять в комплексе: единая валюта, наднациональные органы и пр. Иначе говоря, приступать к той самой «углубленной интеграции».

В частности, компенсацию за издержки от налогового маневра Минску готовы давать только после того, как заработает единый налоговый кодекс двух стран. Это означает, что нужно подписывать пакет дорожных карт и строго его выполнять.

Но выполнение даже 30 якобы чисто экономических дорожных карт грозит отобрать у Беларуси куски финансово-экономического суверенитета. Не говоря уж о 31-й карте (той самой, которую «слил» в декабре Медведев), предусматривающей единую валюту и наднациональные органы. Согласиться на нее означает смириться с превращением Беларуси в сугубо марионеточное образование и дальнейшую плавную инкорпорацию.

 

Эксперт: игра в дорожные карты теряет смысл

Для Беларуси наступает момент истины, ее руководству нужно принимать стратегические решения, считает Карбалевич.

«Беларусь включилась в игру в «углубленную интеграцию», в эти дорожные карты по единственной причине — в надежде вернуть экономическую помощь, которая была до сих пор, — если не всю, то хотя бы ее часть. Но, судя по всему, с этим не получается», — рассуждает собеседник.

Таким образом, делает он вывод, игра в дорожные карты теряет смысл. Необходимо принимать «стратегическое политическое решение — выходить из этого переговорного процесса» и строить отношения на чисто рыночной основе. В частности, говорить, сколько стоят два российских военных объекта в Беларуси (срок аренды которых, кстати, вскоре истекает), транзит и прочие услуги, считает аналитик.

Здесь стоит напомнить, что Лукашенко в ноябре уже поднимал вопрос стоимости военных, пограничных и прочих услуг, которые Беларусь оказывает России. И, как можно понять из декабрьского интервью «Эху Москвы», даже передал Путину такого рода справку (копия была вручена главреду «Эха» Алексею Венедиктову).

«Но готово ли белорусское руководство к такому рациональному подходу, способно ли оторваться от российской помощи — это большой вопрос», — говорит Карбалевич.

Пойдет ли Лукашенко на подписание программы углубленной интеграции и пакета дорожных карт к ней? Пока, считает Карбалевич, «всё под вопросом, и переговоры о ценах [на нефть и газ] это подвисание еще более усиливают».

 

Мало задаться вопросом «на хрена?»

По сообщениям ряда СМИ, сейчас Минск и Москва оперативно прорабатывают вариант разовой поставки нефти из ресурсов независимых поставщиков на время проведения переговоров. Как проинформировал 4 января Интерфакс, российская кампания «Транснефть» получила и в ближайшее время начнет выполнять заявку на прокачку 133 тыс. тонн нефти на Новополоцкий НПЗ.

В общем, скорее всего, нефтяного коллапса в Беларуси не будет и в итоге без резких движений стороны вырулят на некий зыбкий тактический компромисс.

Такой зыбкий компромисс, как известно, найден в газовом вопросе. На январь — февраль договорились о цене в 127 долларов за тысячу кубометров. Вроде как статус-кво, но лукавый. Де-факто газ для Беларуси дорожает. Ведь раньше компенсацией за его цену была изрядно пополнявшая белорусский бюджет ежегодная перетаможка 6 млн тонн российской нефти.

Но сейчас эту схему, работавшую в 2017–2019 годах, Россия отменила. И вообще, как следует из откровений Лукашенко в интервью «Эху Москвы», пытается навязать газ по 152 доллара. При том, заметьте, что для европейцев он подешевел.

Как проинформировал 4 января Интерфакс, российская кампания «Транснефть» получила и в ближайшее время начнет выполнять заявку на прокачку 133 тыс. тонн нефти на Новополоцкий НПЗ.

Иными словами, Беларуси в альянсе с восточной соседкой становится все неуютнее. Так что эмоциональный вопрос белорусского лидера «на хрена нужен кому такой союз?», если не обращать внимания на грубую форму, вполне резонен.

Но здесь нужны два уточнения. Во-первых, Москве смысл союза вполне ясен: удержать под контролем, а в идеале — присовокупить к своим владениям стратегически важную территорию. Поэтому Кремль будет дожимать, настаивая и на политической интеграции.

Во-вторых, мало задаться вопросом «на хрена?», нужно принять вызов, пойти на решительные шаги, включая серьезные экономические и политические реформы, сближение с Западом, чтобы ослабить зависимость от России, усилить гарантии суверенитета. Да, это следует делать осторожно (вспомним Крым), но — последовательно. Иначе тихое поглощение станет ишь вопросом времени.