Цену на газ и нефть для Беларуси отделили от переговоров об интеграции. Об этом газете «Известия» сообщил посол России Дмитрий Мезенцев, сообщает "Белсат".

Ранее российский премьер заявлял совершенно противоположное: дешевое топливо Минск получит только тогда, когда превратит в законы все дорожные карты углубления экономической интеграции. Важно ли дешевое российское топливо для нашей стране?

«Еще десять лет назад переработка нефти давала 20% ВВП Беларуси. Сейчас – около десяти. И если десять лет назад высокие мировые цены на нефть для нас были бы катастрофой, то сегодня это неприятно, но мы это переживем», – уверена политолог Ольга Харламова.

В прошлом году Беларусь платила 100 кубометров российского газа $ 129. Страны Евросоюза – больше 200. Наша страна сэкономила более полутора миллиардов долларов. Цена на нефть также была ниже мировой на треть. Экономия составила около трех миллиардов. Что будет, если Москва поднимет цены – и эти субсидии исчезнут?

«Это приведет к росту тарифов на транспорт, росту цен жилищно-коммунальных услуг – там, где газовый фактор составляет 5 или 10% цен. В тяжелом состоянии будет цементная промышленность. «Азот» ляжет, так как он не приспособлен работать по таким ценам», – объясняет директор Исследовательского центра Мизеса Ярослав Романчук.

Если ради сохранения независимости нужно будет приобретать более дорогую нефть и экономическая ситуация ухудшится, согласятся на это граждане? Вот что говорят жители Витебска:

«Нет, потому что она и так не очень хорошая!»


«Нет! Основа жизни – это нормальное экономическое существование! А независимость – я не знаю».

«Ну что, ты хочешь в состав России? Нет! Чтобы сюда бандиты понаехали, олигархи и все подмели?»

«Реформы уже давно надо было проводить. И я согласна, чтобы президент их провел хотя сейчас, в эту минуту, и я согласна на ухудшение экономической ситуации. Я не хочу быть привязанной к России!»

«Я бы прожил как балтийцы пять лет в худшем положении, а затем все стало бы на свои места. А экономика пока у нас летит в одно место!»

Газовые и нефтяные субсидии Россия и без того снижает из года в год. Сегодня они составляют 8 процентов нашего ВВП. Намного больше, чем от нефти и газа, Беларусь зависит от российского рынка. Туда идет две трети наших тракторов и автомобилей и три четверти припасов. На это время недавней беседы с журналистами намекал и Дмитрий Медведев.

«Всем же понятно, какой рынок в белорусских товаров. Что, это европейский рынок? Кто там ждет эти товары? Да никто не ждет! Конечно, это российский рынок! »- убеждал 5 декабря российский премьер.

Что произойдет, если этот рынок Кремль закроет?

«Есть ЕАЭС – это единая таможенная, единое торговая пространство. Если Россия заблокирует свой рынок, то никакой необходимости в Евразийском союзе для Беларуси просто не остается. И не только для Беларуси. Подозреваю, что такие же последствия это будет иметь и для Казахстана», – говорит Ольга Харламова.

От повышения цен на газ пострадают прежде всего устаревшие предприятия, которые дают нашей экономике все меньше, а дотаций из бюджета требуют все больше, считает Ярослав Романчук.

«В современной экономике более 70% ВВП производит сектор услуг. Вот это наша ниша. В контексте четвертой промышленной революции технологии становятся совершенно другие. Они не требуют такого количества газа и нефти», – говорит экономист.

Газа и нефти новые технологии не требуют, но для их развития нужно другое: политическая воля, чтобы расстаться с советским экономическим багажом. Как отмечает Ярослав Романчук, Беларуси важнее цементные заводы или Солигорский целлюлозный комбинат.








X