- Насколько правдоподобными кажутся вам свидетельства Юрия Горавского?

- Мне трудно судить, потому что ни я, ни вы не знаем правды. Но насчет правдоподобности, как эти события развивались, то очень правдоподобно он повествует. Например, я помню, что когда исчезли Виктор Гончар и Анатолий Красовский, то уже на второй день подняли тревогу. Было заявлено в милицию, и милиция выезжала на улицу Фабричную, смотрела. И там нашли осколки стекла от машины и кровь, и она, как потом было доказано, принадлежала Виктору Гончару. И действительно Юрий Гаравский говорит, что подошел к машине, разбил стекло, открыл дверь и вытащил Гончара наружу. И что он был в крови, крови было много и она капала. Это как пример.

Второе, что касается того, как брали Юрия Захаренко, также были сведения, что после того, как он поставил машину и двигался домой, его приостановили, посадили в автомобиль и увезли. И был свидетель, который видел, что Захаренко посадили в машину и повезли.

И первое, и второе не были секретными сведениями, раньше об этом говорили.

Но зачем человеку так признаваться в том, что он совершил тяжкое преступление? Он же признается, что участвовал, он совершил это тяжкое преступление и рассказывает, как было. Выглядит очень правдоподобно. Нужно проверять: часть людей, на которых он указывает, с которыми он был, с которыми все делалось, они же здесь, в Минске, они еще живы. Но следствие, видимо, будет разбираться, когда им будет дана команда. Все же они будут оглядываться, как на это посмотрит руководство - даст отмашку проверять все это или нет. А я думаю, что скорее всего не даст.

- А есть ли основания проводить проверку этой информации?

- Несомненно, есть. Во-первых, нужно выяснить, служил ли он там - это же все на поверхности лежит и легко проверяется. Где, когда и в какие команды он входил, как формировался этот СОБР, есть ли какие-то сведения, кто в него входил. Или просто люди считались, находящихся во внутренних войсках, а сами фактически были в СОБРе. А если власть не будет проверять, а просто так отмахнется, то она фактически признает, что Юрий сказал правду. Отмахнуться так не удастся.


- А могут ли эти следы убийства где-то остаться - закопаны тела, автомобиль, о котором говорит Юрий Горавский?

- Я раньше не слышал, как их расстреливали. Юрий сейчас рассказал. А что автомобиль бронетранспортеры переехали и закопали, я об этом и раньше слышал. Давно об этом такой разговор был.

А ведь изв тно, что КГБ в свое время, перед задержанием Павличенко, запросил специальную машину, которая может отыскивать трупы похороненных людей. В то время у нас такой машины не было. И Россия тогда согласилась, выделила такой транспорт, и он уже был направлен в Беларусь. Но, когда все это случилось, Павличенко задержали, а потом отпустили, потом прокурора и начальника КГБ сняли. А Виктор Шейман стал генпрокурором, и он отказался от того, чтобы эта машина приезжала. Он сказал, что она нам не нужна. И ее обратно повернули. Вот такие здесь сложности. Поэтому все это очень похоже на ужасную, но правду.

Мечислав Гриб сказал, что лично не знаком с Павличенко и не знает тех парней, которые, как утверждает Гаравский, входили в его команду.