В  Беларуси реальное объединение и даже поглощение страны Россией, похоже, поддерживают лишь «красные» директора, которые работают с Россией, и силовики. Социологические опросы последних лет показывают, что доля людей, которые хотели бы присоединения Беларуси к России, составляет всего 2–5%. 

Подавляющее же большинство белорусов не рассматривают этот вариант в качестве альтернативы. Они за партнерство, союзничество, но «ложиться» под Кремль не хочет львиная доля политической элиты, чиновников и бизнесменов. 

И в этом плане риторика Лукашенко, который клянется, что не отдаст России суверенитет страны, находит гигантскую поддержку. Возможно, это станет красной нитью предстоящей президентской кампании.

Российская модель в глазах белорусов — это бедность, олигархат, несправедливость, война и информационное насилие. Да, немножко больше платят. Но эти лишние $200–300 — явно не та цена, за которую белорусы готовы продаться. 

Кроме того, российский рынок труда сегодня явно проигрывает литовскому, польскому и немецкому, где можно зарабатывать на 30–50% больше. Россия для белорусов потеряла статус перспективного рынка труда и страны, где легче делать бизнес.

У белорусских чиновников свои аргументы. Они не хотят в Россию, потому что понимают, что им уж проще договориться с Лукашенко, чем с Москвой. Большая часть из них потеряет в статусе и в возможности создавать мелкие феодальные княжества на уровне района. 


Сегодня в Беларуси 80% активов — это госсобственность. Чиновники, которые прогибались и лебезили все эти 25 лет правления Лукашенко, надеялись со временем стать владельцами еще не распроданных активов. 

Если же придет Россия, то их шансы на то, чтобы стать кем-то значимым, стать миллионером, как это было в 90-х, сводятся к нулю. Поэтому лучше сначала разделить среди своих, а потом уже говорить с Москвой.

В правильное русло настроения белорусов старается направлять и местное телевидение, которое на волне слухов об аншлюсе, стало заметно менять вещательную политику. 

Все опросы в Беларуси показывают, что российские каналы — это главный источник зомбирования белорусов. Поэтому Лукашенко пару месяцев назад сказал телевизионщикам: вы обязаны сделать такое местное телевидение, чтобы смотрели наши. 

Теперь на телевидение даже стали приглашать независимых экспертов — их, конечно, с предосторожностью, выпускают в эфир в предзаписанном виде. А те эксперты, которые раньше выступали за Россию, теперь, похоже, получили новые ц/у и говорят о «неких российских силах, которые предлагают схемы, неприемлемые для нашей страны».

Сейчас на белорусском телевидении все чаще можно услышать о том, как в России не соблюдаются права предпринимателей, как нарушаются права собственности и как наглые чиновники ездят на яхтах и летают на частных самолетах. И в этой ситуации Лукашенко обращается к своим гражданам: «Вы тоже так хотите?» 


Думаю, Лукашенко верит, что до 2024 года ему не грозит лишиться поста президента. Но чтобы подстелить соломку, он продолжит играть в PR-пинг-понг. 

Своим он продолжит рассказывать о том, что белорусский парламентаризм уходит корнями в Полоцкое княжество и в Великое княжество Литовское, и при этом не допускает ни одного оппозиционного или независимого кандидата в парламент. 

Западу — о готовности диверсифицировать экономику. А Москве — о важности суверенитета, который на самом деле уже почти потерян.







X