- Окончательно уехать во Францию ты решила после конфликта с федерацией?

- Понимаешь, там все было по-другому. Только тренировки — и никто не выносит тебе мозг. Работа командная, чувствуешь, что тренер, клуб и федерация движутся в одном направлении. Спортсмена уважают, потому что главная фигура — это он. Чиновники в бассейн не ныряют и рекордов не ставят. Они только помогают пловцам. Обеспечивают наилучшие условия для условий. И если что-то не получается, нож в спину не прилетает, как в Минске. Никто не начинает тебя списывать.


Мне в 18 лет сказали, что я не годна. “Непрогрессивна”. Ёшкин кот — я сама сегодня тренер с десятилетним стажем, как такое можно говорить молодой спортсменке?! А меня тогда сняли со ставки и выгнали из института. И если бы не приглашение из клуба “Melun”, я закончила бы еще в 2001-м. Тренировалась тогда у Филиппа Лука, вместе с Лор Монаду, потом уехала в клуб “Klishi”.

Французское гражданство получила оперативно, буквально через месяц после подачи документов. У президента нашего клуба было много связей, да и федерация была не против усилиться пловчихой хорошего уровня.