Радио Свабода (перевод: Белорусский партизан) спросило у российского журналиста, чего можно ожидать от 8 декабря - когда президенты России и Беларуси намерены подписать документы об "интеграции".

- В своем телеграмм-канале вы написали, что ваше запланированное интервью с Александром Лукашенко перенесено с 6 декабря. И причина - встреча Александра Лукашенко с Владимиром Путиным. Эту причину вам сообщили официально?

- Я должен был прилететь в Минск вечером 5 декабря, и на 10:30 следующего дня было назначено интервью с Лукашенко. Но из президентской администрации нам передали, что он, готовясь к 8 декабря должен предварительно встретиться с Путиным. 

Соответственно, разговор не отменяется, но передвигается на середину декабря. Потом мне подтвердили и в администрации нашего президента: действительно, накануне переговоров запланирована дополнительная встреча Путина и Лукашенко.


Впрочем, тем интереснее будет взять интервью с учетом того, что какие-то документы будут подписаны - или не подписаны.

- Таким образом, руководители Беларуси и России должны встретиться дважды - 6 и 8 декабря? (Позже Telegram-канал «Пул первого», близкий к Александру Лукашенко, со ссылкой на пресс-секретаря Лукашенко сообщил, что встреча состоится 7 декабря)

- Некоторое время назад оба президента дали поручение относительно унификации разного рода областей законодательства в России и Беларуси. Всего речь шла о 21 протоколе, предусматривающем унификацию административных, налоговых, таможенных кодексов. 

К 8 декабря комиссией Орешкина-Крутого должен быть подготовлен ​​не то, чтобы новый "союзный договор", но его обновленное понимание. И, естественно, всех ввело в ступор заявление посла Беларуси Семашко относительно того, что возможен единый парламент и единое правительство. Насколько понимаю, речь о перспективах 2021 года, но не сейчас.

Все идет сложно, «со скрипом», и ночами в том числе работают люди до 8 числа. Возможно, что 6 числа президенты внесут некую коррекцию, выделять главные темы. Все это накладывается на то, что у нас называется налоговым маневра, газовой договором и так далее. Короче, 8 декабря будет интересно.

- Какое в России отношение к идее "углубленной интеграции"?

- Общее отношение более или менее безразличное. Существует СНГ, ЕАЭС, что-то делается в их рамках. Что касается, как говорит наш премьер Медведев, «глубокой интеграции», то это, я так понимаю, связано с транзитом нашей власти в 2024 году и того, что президент Путин останется главой какого-то государства. 

То есть белорусский вариант остается одной из опций такого участия. Поэтому возникают вопросы законодательства, потому что наш президент хочет, чтобы юридически все было правильно оформлено. Может, это не главное, но в головах это точно есть.


- А в чьей это голове?

- Да у всех. Речь идет об опции. Кто-то относится к этой опции негативно, кто-то позитивно, но, повторюсь, как опция белорусский вариант, «глубокая интеграция», создание действующих, а не декоративных наднациональных органов и т.д. 

Размен между Россией и Беларусью в экономике позволит сделать аналогичный размен в политике и военном сотрудничестве, вот такая логика. Она более сложная, чем просто «пусть Путин будет».

В Москве ходит такой анекдот. Лукашенко говорит Путину: «Володя, я согласен: ты - президент, я - вице-президент». И через паузу: «Но на следующий срок - наоборот». Володя без сознания... " Анекдоты, как вы знаете, отражают тренды и триггеры ...

- Так угрожают ли интеграционные инициативы независимости Беларуси?

- Любая интеграция грозит суверенному праву государства быть вне интеграцией. Любое соглашение угрожает независимости принятия решений. Опять же, мы не видим документов, только слышим о заданиях, которые ставят два президента. 

Поэтому грозит ли унификация налогового или иного кодекса суверенитету Беларуси или России? Думаю, грозит, ведь в таком случае кто-то что-то уступит. При этом «грозит» - это слово сильно окрашенное.

Думаю, документы, пусть частично, но будут утверждены. Тем более, мы видим резкое повышение в должности министра Крутого, и мы понимаем, что это знак одобрения. 

То есть то, что Крутой вместе с Орешкиным делали в течение длительного времени, одобрено президентом Лукашенко через придание Крутому должности первого вице-премьера. Осталось немного, будем смотреть.

- Почему до последнего момента никто не знает, что в тех документах? Зачем такая секретность?

- Думаю, что на самом деле огромное количество людей знает, потому что, насколько мне известно, документы прорабатываются с чрезвычайно высокой долей профессионализма. 

Две разные страны с разными административными, налоговыми и другими кодексами. Для унификации нужны заключения сотен экспертов. Просто надо искать тех, кто там работает. Но есть другая история - многие пункты являются предметом споров, отдельные позиции меняются.


Но есть общие поручения президентов - унификация в ряде отраслей законодательства, сближение. Не замена российских документов белорусскими, а унификация. 

Я разговаривал с людьми, которые над этим работают, они говорили, что это очень сложная техническая работа. Это не вопрос принятия Беларусью российского законодательства, а вопрос компромиссов. 

Это я знаю точно, так как живу рядом с посольством Беларуси в Москве, вижу, как подъезжают машины, по ночам в том числе, и люди выходят измученные, так сказать, «пальцы в чернилах».