На правовом форуме для общественного обсуждения Министерство юстиции разместила вышеназванный проект закона с планируемыми изменениями двух законов – «Об общественных объединениях» и «О политических партиях». 

Отличия в предлагаемых изменениях для этих двух видов общественных структур минимальные. Однако мы остановимся на положениях законопроекта для политических партий, поскольку последние в каждой цивилизованной стране (а о том, что Беларусь – цивилизованная страна нам ежедневно говорят государственные радио и телевидение) являются важнейшими участниками государственной системы, определяя ее внутреннюю и внешнюю политику.

Отметим, что в действующий Закон «О политических партиях» 1994 года изменения вносились, начиная с 1999 года, 12 раз. Так что последние изменения будут тринадцатыми.

Но эта «чертова дюжина» обладает рядом специфических особенностей. Данный проект фактически первый, когда общественности, в том числе и партийной, было предложено вначале внести в Минюст свое видение изменений закона, а потом сам проект был опубликован для общественного обсуждения. 


Что касается последнего, то с сожалением необходимо отметить, что обсуждение законопроекта весьма вяло ведется только в отношении общественных объединений. Политические же структуры полностью отказались от такого пусть и малоэффективного, но возможного лоббирования своих интересов при окончательной подготовке законопроекта, расписавшись в своей полной профнепригодности в этом вопросе.

Действующий закон с существенной долей вероятности можно было бы назвать законом о запрете на регистрацию политических партий. Ведь за время его существования количество партий в Беларуси сократилось с 43 партий в 1999 году до 15 в настоящее время. 

Последняя политическая партия КХП-БНФ была зарегистрирована в 2000 году в результате раскола и последующего выделения из Партии БНФ. После этого три политические партии были лишены регистрации, все же попытки создать новые партии и союзы партий оказались неуспешными из-за нежелания Минюста регистрировать эти организации.

Так будут ли способствовать новые изменения улучшению деятельности партий и возможности их создания и регистрации. Рассмотрим проект закона через призму этих вопросов.

Вообще-то целью изменений законодательства Министр юстиции Олег Слижевский на конференции «Реализация конституционного права граждан на объединение» в Международном университете «МИТСО» в мае этого года назвалповышение прозрачности деятельности партий и общественных объединений.


Для повышения прозрачности деятельности партий в законопроекте предлагаются четыре основных изменения:

1) в ст. 11 устанавливается, что устав партии должен размещаться в открытом доступе. Впрочем, это то же самое, что и содержащиеся в этой статье слова – быть открытым для всеобщего ознакомления;

2) в ст. 12 вводится положение, что члены политической партии могут обжаловать решения высшего органа политической партии в Верховный Суд Республики Беларусь. Отметим, что и ст. 60 Конституции и п. 5 ст. 335 Гражданского процессуального кодекса также устанавливают это право. 

Весь смысл этой поправки, вероятно, только в установлении подведомственности рассмотрения такой жалобы – в Верховном Суде как первой инстанции. Неприятностью для жалобщика является то, что решение Верховного Суда пока еще окончательное и обжалованию не подлежит;

3) ст. 22  Закона предлагают дополнить положением, что «расходы политической партии на оплату труда работников политической  партии не могут превышать 40 процентов от суммы всех доходов политической партии за отчетный период, но не менее размера минимальной заработной платы, установленной в Республике Беларусь».

Целесообразность введения данного положения разъясняется в Обосновании к закону. Минюст считает, что «в практике деятельности общественных объединений, политических партий, союзов случается, что большая часть их денежных средств используется на заработную плату штатных сотрудников этих организаций, премии и другие выплаты.

Указанное свидетельствует о злоупотреблениях со стороны данных работников и противоречит самой сути данных организаций и принципам, в соответствии с которыми они созданы».

Считаю, что данное благородное стремление к прозрачности, при всем моем согласии с усилением антикоррупционной составляющей в нашем законодательстве, вступает в противоречие с основами гражданского законодательства. 


Впрочем, если доводить ситуацию до абсурда, Минюст с целью последовательности своей позиции свою «положительную» инициативу может распространить и на иные некоммерческие организации – учреждения, потребительские кооперативы, религиозные организации и т.д. 

Вместе с тем введение подобной нормы в законопроекте для общественных объединений практически исключают участие последних в государственном социальном заказе (при получении которого основная часть средств используется для вознаграждения работников), несмотря на то, что возможность участия в социальном заказе также введена в законопроект.

Одновременно Минюст, оставляя за собой неограниченную возможность контроля за политическими партиями, снимает с себя обязанность по контролю за соблюдением этими партиями финансово-хозяйственной деятельности, т.е., чтобы без дела не остались, за соблюдением квоты – не более 40% на зарплату – будут следить другие уполномоченные государственные органы;

4) в ст. 27 проекта закона установлено императивное требование, что политические  партии обязаны ежегодно до 1 марта размещать  информацию о своей деятельности, в том числе финансовую отчетность, в свободном доступе, в том числе в средствах массовой информации и (или) на своих официальных сайтах.

Абсолютно положительное предложение, перекликающееся с желанием увеличить использование IT технологий в деятельности общественных структур. Вместе с тем в практически неизменном виде (за исключением использования одного контактного телефона вместо домашнего и рабочего и представления документального подтверждения юридического адреса) осталась обязательная бумажная отчетность в Минюст о своей деятельности.


Как было только что отмечено, законопроект увеличивает возможность использования IT технологий в деятельности политических партий. Из новелл, кроме вышеуказанной, следует отметить:

- возможность проведения заседаний высшего и руководящего органов политической партии в режиме онлайн, что позволит в ряде случаев увеличить оперативность принятия решений и уменьшит издержки партии по оплате транспортных расходов и проживания членов этих органов;

- возможность подачи документов для регистрации политической партии, а также для государственной регистрации или постановки на учет организационной структуры партии в электронном виде. Впрочем, для этого вновь избранному руководителю политической партии или ее организационной структуры нужно иметь (получить) электронную цифровую подпись.

Виртуально упрощает деятельность политической партии исключение из списка регистрируемой символики гимнов, значков, вымпелов и галстуков. Впрочем, как признается сам Минюст, и заявок на из регистрацию не поступало (при активном использовании значков и вымпелов партиями – С.А.).

И наиболее важный вопрос – регистрация политических партий и их отчетность.

Законопроект устанавливает, что для создания политических партий будет уменьшено количество учредителей (членов) с не менее 1000 до не менее 800 человек. Отметим, что в период рассвета деятельности партий до 1994 г (до принятия комментируемого закона) количество их учредителей было не менее 100 человек, закон увеличил минимальное количество учредителей до 500 человек, а Декрет № 2 1999 года – до не менее 1000 человек.

Любое уменьшение численности учредителей является положительным фактом, тем более что практический опыт показал, что в современный период найти более 1000 учредителей для политической партии не очень просто. 

Впрочем, данное положительное предложение нивелируется мало ограниченными возможностями Минюста в регистрации политической партии и в невозможности получения положительного решения Верховного Суда в случае обжалования этого решения учредителями.

Более четко прописывается в законопроекте сама процедура учреждения политической партии. Предлагается, чтобы делегаты учредительного съезда избирались на учредительных собраниях в административно-территориальных единицах Республики Беларусь.


Вводятся некоторые изменения в получении юридического адреса партии или ее организационной структуры. 

Предполагается, что местом нахождения руководящего органа политической партии, ее организационной структуры может являться место работы их руководителей при получении на то письменного согласия руководителя юридического лица, работником которого является руководитель политической партии (ее оргструктуры).

Законопроект не уточняет, на каком основании в дальнейшем будет представляться юридический адрес – на основании договора аренды (платно) или безвозмездного пользования (бесплатно), или вообще договор может не заключаться, что подспудно просматривается из обоснования законопроекта. Но законопроект и не отменяет размещение руководящего органа по месту регистрации юридического адреса.

Более того, если в настоящий момент ежегодно в своем отчете политическая партия и ее зарегистрированные оргструктуры представляют информацию о продолжении своей деятельности с указанием места нахождения руководящего органа, то в случае принятия предложенного законопроекта, они обязаны будут представлять подтверждающие документы о наличии юридического адреса. Так что почувствуйте разницу.

В случае пристального внимания к организационной структуре партии (партии все у нас имеют надежные юридические адреса и отказываться от них в пользу виртуальных точно не будут) соответствующего управления юстиции оно вряд ли удовлетворится гарантийным письмом, подходящим только для регистрации этой структуры.

Подводя итоги рассмотрения данного законопроекта, следует указать, что в своем большинстве он носит чисто технический характер. Некоторые его положения несколько упростят деятельность политических партий, так что его принятие в предложенном виде не следует считать деструктивным. 


Но в целом он практически ничего не меняет в сложившейся системе взаимодействия государства с политическими партиями и не окажет влияния на развитие партийной системы в Беларуси.