- Я полагаю, что особого влияния не было, был единый образец, единая структура, которая прослеживается во многих бывших республиках СССР, за исключением стран Балтии, частично Грузии и, кажется, уже окончательно Украины. Это система, когда общее избирательное право недолго существует в стране и оборачивается диктатурой. Это произошло в Беларуси, в Казахстане, в России. Это очень похоже на то, что происходило в Восточной Европе после Первой мировой войны.

В бывших республиках СССР это происходило независимо друг от друга, я не думаю, что Владимир Владимирович смотрел на Лукашенко и учился у него.

Это результат всеобщего избирательного права в бедной стране, постсоветской стране, которая привыкла к патернализму. И это недостаток всеобщего избирательного права вообще, в богатых странах это происходит просто дольше.

Между Россией и Беларусью всегда существовала только экономическая интеграция. И она была всегда в одни ворота. Она позволяла Беларуси жить за счет ренты, иногда за счет нефтяного арбитража, в последнее время - за счет «белорусских» креветок и пармезана. Никогда эта интеграция не предусматривала передачи власти даже на копейку. С чем я поздравляю Александра Григорьевича. Это неплохая с точки зрения авторитарного правителя ситуация.


Лукашенко порождал в Кремле надежды, которые не оправдывал, и одновременно раздражение. Вся политика России заключалась в том, чтобы попытаться превратить ренту, которую получал Лукашенко, в рычаг, при помощи которого забрать у него хотя бы кусок власти. Лукашенко абсолютно искусно от этого отказывался. И поскольку он может «перепутинить» даже Путина, он сохранил свою политическую неприкосновенность. Россия содержит Беларусь, но ни копейки политической выгоды она из этого пока не получила.

В Кремле, судя по всему, есть план, согласно которому до 2024 года Беларусь и Россия сливаются в одно государство и Путин становится президентом этого нового государства без проблем со сменой Конституции.

Но этот план существует еще со времен Ельцина и до сих пор не реализовался.