– Андрей Геннадьевич, Верховный Суд вынес решение отказать по заявленным ком­панией «Евроторг» тре­бованиям. Напомню, иск был подан против решения антимонопольного органа, установившего незаконные действия ретейлера в отношении вашей компании. Полагаю, вы находите этот вердикт справедливым?
– Да. Это решение, в первую очередь, честное.
– Как вы считаете, изменится ли теперь ситуация в розничной торговле?
– Конечно. Механизм доказательств давления теперь понятен, и крупные ретейлеры будут более сдержанно себя вести в подобных ситуациях, если у них возникнет желание показать свою силу.


– Проигравшая компания теперь считает, что это решение создало своего рода прецедент для использования в своих целях…
– Это утверждение безосновательно. Не понимаю, каким образом возможно использовать эту ситуацию в нечестной конкуренции. Все чего хотели, например, мы – это спокойно работать и остановить давление. Позиция «Евроторга» после вынесения судебного решения мне непонятна. Думаю, сейчас это просто поле деятельности для юристов.
– Вы не пожалели, что ввязались в эту войну?


– У меня не оставалось выбора. Отгрузки прекратились практически от всех поставщиков. У нас были пустые склады. Когда включился в работу МАРТ – отгрузки возобновились.
Я помню, когда открылся первый «Евроопт» у нас в городе. Позиционирование на полках, монограммы, самообслуживание, новые бренды, проведение акций… Это был совершенно другой стандарт и уровень торговли, к которому мы все хотели стремиться.
Потом стала проявляться рыночная сила компании. К сожалению, такой соблазн возникает у каждого ретейлера, когда он приобретает долю на рынке более 7%. Тогда ему становится гораздо легче вести переговоры и действовать в этой сфере.


– Какие убытки вы понесли с пре­кращением отгрузок и осложнениями отношений с поставщиками?
– Были нервозность и головная боль. Все очень непросто. Мы не можем подсчитать конкретные цифры. И это одна из причин того, почему я не предъявляю претензий и не пишу заявления на привлечение к материальной ответственности ООО «Евроторг».
Я и моя команда стали гораздо опытнее благодаря этой ситуации. Мы занялись прямым импортом – у нас не было иного выхода. Мы договаривались, находили других по­ставщиков. Я надеюсь когда-нибудь дойти до закупочной цены такого уровня, когда можно сделать 90% накрутки… Но обещаю – мы столько ставить не будем.
– С чем связываете давление на вашу сеть?
– Я не знаю. Для меня до сих пор это остается загадкой. Почему нас начали мониторить и предъявлять претензии по розничным ценам… Возможно, в этом наше название виновато.
– Долги в 13 тыс. руб. за бананы простили «Евроторгу»?
– Они висят у них в задолженности. Ждем… Но два года назад и бананы по-другому стоили…
– Вы в торговле давно. Когда открыли первый магазин?
– В 2005-м, всего в 51 м2. А до этого существовала мелкая розничная сеть – павильоны, киоски. Сейчас общая площадь наших магазинов более 400 м2, и у нас работают порядка 500 человек.
– Как вы думаете, какое будущее у ретейлеров, как может измениться формат мелких магазинов?
– Считаю, что постепенно люди будут отказываться от многих продуктов, которые сегодня в продаже. Нездоровое питание (кетчупы, майонезы и т.д.) будут невостребованы. И как раз мелкие магазины могут остаться в выигрыше.
Еще есть очень много не освоенных у нас направлений, таких, на­пример, как эко- и фермерские продукты. И можно конкурировать не благодаря площади магазина, а месту расположения. Кроме того, уже сейчас видно, что розничная торговля продуктами стала уходить в сторону готовой еды.








X