Вместе с экономистом Львом Марголиным «БелГазета» вспоминает, что происходило с отечественной экономикой за годы нашей независимости, а также оценивает дальнейшие перспективы: куда ведут нас внешние долги и что угрожает белорусскому суверенитету?

- Как ни странно, сразу после своего избрания Лукашенко начал экономическую политику с очень позитивных сигналов: через месяц-два после выборов опубликовали его экономическую программу, после прочтения которой у меня слезы на глаза наворачивались. Но очень либеральная программа продержалась ровно три месяца, и в декабре рыночная экономика закончилась откручиванием цен на хлеб.

- Что стало причиной?

- Испуг. Недавно избранный президент испугался, что народ может не понять повышения цен. Лукашенко тогда не чувствовал себя достаточно уверенно, а дальше он взялся за то, что ему было больше всего знакомо и что хорошо умел - закручивать гайки. И в этом плане у него кое-что получилось: многие предприятия действительно заработали. Причем заработали раньше, чем в России, и, соответственно, получили очень хороший российский рынок. Многим показалось - вот оно, счастье: еще немного, еще чуть-чуть - и страна начнет бешеными темпами развиваться.

«ПОДОСПЕЛ РОСТ ЦЕН НА НЕФТЬ»

- Российский дефолт 1998г. сыграл Лукашенко на руку, позволив определенное время (до начала 2000-х) держать экономику за счет закручивания гаек. В начале третьего тысячелетия конъюнктура ухудшилась, и в 2001-2002гг. начало резко расти количество убыточных предприятий. Реформами, конечно, и не пахло, но подоспел рост цен на нефть, и начался нефтяной белорусский оффшор. Речь идет о той самой помощи, которую Россия оценивает примерно в $100 млрд, если не больше.

- Именно в эти годы появилась особая экономическая «белорусская модель»?

- «Жирные годы» для Беларуси продлились с начала роста цен на нефть. Начали зарабатывать на этом, предприятия пока работали. В начале нулевых начался интенсивный рост малого предпринимательства, которое тогда представляло собой внушительную силу. Я помню выступления предпринимателей в 2005-2006гг. - довольно серьезные выступления. Именно тогда прозвучала знаменитая фраза Лукашенко, что он собирается пожать руку последнему предпринимателю.

Лукашенко пришлось не по нутру развитие предпринимательства, которое воспринималось им как неорганизованная, неуправляемая масса, а Лукашенко остерегается всего неуправляемого. Лучшая система для него - армейская: всех разделить на полки, батальоны, взводы - так проще командовать. Лукашенко все время так пытался действовать, потому что для него индивидуальные предприниматели - только старт, за которым следует рост, укрупнение, преобразование в предприятия. Он не понимал, и, кажется, до сих пор не понимает, что это - особая форма бизнеса, которая может расти, а может и не расти, может годами и десятилетиями оставаться малым бизнесом. Яркий пример - Италия, где предприниматели существуют не одну сотню лет.

«ДЕНЬГИ ОКАЗАЛИСЬ БАНАЛЬНО ПРОЕДЕНЫ»

- Затем пришли проблемы и поиск легких путей их решения. Появился Петр Петрович Прокопович, который заявил, что экономика не развивается потому, что не хватает денег. На контраргументы о том, что если в экономику вбухать немереное количество денег, то начнется инфляции, ответил: инфляция бывает только от наличных денег, а не от безналичных. И началось кейнсианство в одной отдельно взятой стране, которое закончилось весной 2011г.: белорусский рубль обвалился почти в три раза.

- Почему «белорусский тигр», взращенный на дешевых российских энергоресурсах, так и не прыгнул?

- Можно сколько угодно вкладывать денег в экономику, но она не вырастет просто так. Вспоминаю очень яркий пример, когда с Китаем было достигнуто соглашение о кредитной линии почти на $15 млрд. Казалось бы, бери деньги и развивайся! Но дело не в деньгах - просто мы их не смогли освоить, как не смогли освоить деньги Европейского банка развития и реконструкции. Нужны проекты. Если появляется инвестор, то он приходит со своими деньгами, а если денег нет, то инвестор может найти их гораздо дешевле, чем государство. Но поскольку в стране так и не создан благоприятный инвестиционный климат, все деньги оказались банально проедены.

Если помните, все началось с агрогородков. По всей стране их возводили бешеными темпами. Процесс сопровождался двумя крайностями: отдельные агрогородки стояли пустыми, потому что их строили больше, чем нужно, а кое-где они рушились, потому что строились по известному принципу: деньги государственные, значит, надо дать своим.

Затем возникла идея ледовых дворцов. В общем, находилось, куда тратить деньги, потому что вложить в экономику было невозможно - отсутствовало достаточное количество проработанных проектов. Позже пришла идея поддерживать то, что уже есть. Например, МАЗы надо уже продавать не только на устойчивые рынки сбыта, а по всему миру. Перед посольствами поставлена задача стать филиалами министерства торговли и продавать белорусскую продукцию. И сам Лукашенко курсировал по всему миру с целью сбывать белорусскую продукцию.

Последняя идея - старых руководителей отправить на пенсию, заменив их молодыми кадрами. Началось все с Кирилла Рудого, на которого возлагались очень большие надежды - но, к сожалению, ничего у него не получилось (и не могло получиться), поэтому его отправили послом в Китай.

К слову, кадровая политика в Беларуси довольно неплохо поставлена: существуют кадровые резервы на разных уровнях, существует система переподготовки кадров (та же Академия управления). Но нет главного - свободы принятия решений. Представим: Лукашенко - типичный президент, гарант Конституции, который дает свободу правительству. Пришло правительство со своей суперлиберальной программой - действуй. Если через три-четыре года появился результат - работай дальше, нет - уходи. А у нас получается как? Приносит новое правительство свои предложения Лукашенко, а он говорит: нет, потому что стратегией в этой стране занимается только один человек. И он докладывает свою стратегию один раз в пять лет на Всебелорусском народном собрании, которое утверждает эту стратегию - больше на нее никто не имеет права покушаться.


«ЭТО 25 ПОТЕРЯННЫХ ЛЕТ»

- По каким причинам рухнуло «белорусское экономическое чудо»?

- В основу экономики положена ошибочная стратегия. Это даже стратегией или системной программой сложно назвать. Идея о том, что в экономику можно вкладывать деньги, а отдельные отрасли объявлять прорывными (деревообработка, молочная отрасль, цементная), оказалась нежизнеспособной. Потому что ее пытались реализовать путем государственного управления, у которого есть две большие проблемы. Первая: «государевы люди», которые сидят на финансовых потоках, хотят их часть использовать для себя, любимых.

Вторая: поскольку деньги чужие (государственные), то чиновничья «вертикаль» не может просчитать эффективность их вложения, как это сделал бы собственник, частник, который рискует собственными деньгами. Частник лучше не только потому, что рискует собственными деньгами, но и потому, что прошел естественный отбор: неудачники отсеиваются, в лидеры выбираются те, кто прошел сквозь огонь, воду и медные трубы. Тот же президент США Трамп: человек несколько раз разорялся чуть ли не дотла, но, как птица феникс, возрождался из пепла. Есть у него качества, которые позволяют всегда быть на плаву.

- Кризис последних лет в экономике списывают в основном на внешние факторы. В этом ли главная причина?

- Здесь есть большая доля истины. Действительно, появился налоговый маневр, от которого никуда не деться, падение цен на нефть и газ тоже значительно обрезает наши заработки. Но это только одна сторона медали.

Вторая сторона - отсутствие инвестиций. А если экономика не идет вперед, то она не просто топчется на месте - она неминуемо отстает. В качестве примера я обычно привожу белорусскую автомобильную промышленность. В начале 2000-х МАЗ занимал определенную нишу на российском рынке. В 2011-2012гг. случился кризис, в результате которого экспорт белорусских автомобилей сократился. Затем в России начался рост - и что мы видим?

Доля МАЗа продолжает сокращаться. Почему? А потому, что за эти годы в России построили свои сборочные производства многие европейские предприятия, соответственно, автомобили стали дешевле - МАЗу конкурировать с ними уже сложно. То же самое происходит и с другой продукцией: в свое время мы фурами везли в Россию телевизоры - и «Горизонт» воспрянул духом, и «Витязь». Но мы не заметили, как в России появились Samsung, Sony, LG - сейчас поток развернулся в обратную сторону, и мы покупаем телевизоры с логотипом «Сделано в России».

Не могу вспомнить ни одно производство, созданное в Беларуси с нуля за последние 25 лет. Разве что ЗАО «Штадлер Минск» - предприятие по производству электричек в Фаниполе. Но это - единичный случай. Одно производство можно создать под патронатом Лукашенко, может, даже не одно, а 5-10. Но это все равно никогда не будет носить массовый характер.

- Лукашенко уже 25 лет у власти - какой экономический результат его правления?

- В качестве экономического резюме я бы сказал только одну фразу: 25 потерянных лет. С точки зрения политики - возможно, и нет, потому что он достаточно аккуратно провел белорусский корабль между Востоком и Западом. Кровавые проблемы были и в странах Балтии, и в Грузии, и в Молдове, и в Армении, и в Азербайджане, и в Украине, их не было только у Казахстана и Беларуси. По поводу политического курса Лукашенко можно спорить, но с точки зрения экономики - это 25 потерянных лет.

«РОССИЯ ПРОСТО ПОДАВИТСЯ НАШЕЙ ЭКОНОМИКОЙ»

- Какие тенденции в экономике угрожают нашей независимости?

- Катиться с горы можно очень долго: можно докатиться до уровня Венесуэлы или Зимбабве, можно существовать с инфляцией в десятки, сотни процентов. Но Беларусь голодать не будет, нашу страну в определенном смысле можно назвать «землей обетованной»: даже в 1933г., когда на Поволжье, в Украине шел мор, в Беларуси такого не было. У нас есть подсобные хозяйства, есть леса, грибы и ягоды, растет картошка. Поэтому, если не случится военной экспансии извне, Беларусь может еще очень долго стагнировать.

Что касается долгов, то возможны два варианта. Вариант первый: если Лукашенко уговорят выполнить хоть какие-то требования МВФ, мы имеем шанс получить новую программу кредитования, которая нас спасет. Кредиты МВФ на порядок дешевле, чем те, которые страна берет на рынке. Вариант второй: если Лукашенко будет упираться до конца, не будет ничего делать (а требует МВФ немного - убрать перекрестное субсидирование жилищно-коммунальных тарифов, к чему страна постепенно идет, и переориентировать государственное имущество на получение прибыли), то через год-два наступит дефолт.

Долги сами по себе не очень страшны. Допустим, сегодня объем внешнего долга достигает 60% ВВП (если считать с Островецкой АЭС - то и больше). Но за точку отсчета мы берем нынешний уровень ВВП. А представьте себе: этот ВВП лет за восемь можно удвоить, и долги уже составляют не 60%, а 30% ВВП и сразу становятся подъемными. Нужна только политическая воля, при наличии которой за два-три года страну можно изменить до неузнаваемости.

Почему я считаю, что белорусскому суверенитету ничто не угрожает? Потому что в нынешней ситуации - нашей ситуации, российской ситуации - Россия просто подавится, если попытается взвалить на себя еще и белорусскую экономику. Беларусь не ценный кусок, который даст возможность России воспрянуть духом, этот груз ей сегодня не под силу.