Лошадей сегодня в Минске можно увидеть только в цирке, зоопарке и в виде скульптур на Комаровке и площади Свободы. Ясное дело, так было не всегда. Подробности — в материале корреспондентов агентства «Минск-Новости».

Не станем вспоминать времена, когда за коня без раздумий отдавали полцарства. Лошадь сохраняла свое значение как главное средство передвижения, основная тягловая сила и оружие до середины ХХ века.

Вези меня, извозчик

Коней в дореволюционном Минске можно было встретить повсеместно. В этом убеждаешься, рассматривая старые фотографии. Извозчики и повозки везде: у вокзалов, гостиниц, на улицах. Губернский лошадиный табун в 1913 году насчитывал аж 366 643 головы — в среднем 1 лошадь на 12 жителей. В 106-тысячном Минске этот показатель был меньше, но явно несколько тысяч лошадок жили в городе постоянно. А сколько приезжали сюда ежедневно по делам (в Минском уезде значились около 50 тыс. лошадей), а на воскресный базар — в сумме получалось в разы больше! Анархии не допускали: с 16 июня 1870 года имелись «Правила об извозном промысле в г. Минске». Прописали в них все: и запрет извозчику быть в нетрезвом виде, и сколько ему требовать за проезд, и обязанность иметь при себе «настоящий печатный экземпляр правил и таксы».

Конармейская атака

Советская власть ни одно дело не пускала на самотек. 24 ноября 1926 года Мингорсовет принял упорядочивающее извозный промысел постановление № 5. Согласно документу, извозчиками могли быть лица не моложе 18 лет и несудимые. Они должны платить пошлину в городскую казну, иметь приличный вид, номер и удостоверение. Оговорили и условия работы: места ожидания клиентов, где и как ездить. К перечню правил подошли основательно. В частности, ломовым возчикам запрещалось гонять (можно ездить только шагом), появляться на двух центральных улицах Минска — Советской и Ленинской и другое.

Пока разобрались с гражданскими лошадями, всплыла проблема с армейскими. В 1920-х в Минске и окрестностях около десятка кавалерийских частей. Одной из них командовал будущий маршал Георгий Жуков. Тысячи лошадей, трудности в передвижении по городу, заторы на перекрестках и узких улицах. От армейской конницы страдали посадки, крестьянские посевы и пастбища. Отсюда жалобы жителей, на которые приходилось реагировать.

«Надлежит внушать красноармейцам, что привязка лошадей к декоративным деревьям улиц города крайне нежелательна и даже недопустима, так как привязанные лошади портят деревья. Примите все меры к искоренению привязки лошадей к деревьям, это ненормально, портит городскую зелень и вызывает жалобы городских властей на воинские части, что дискредитирует Красную армию вообще, тогда как воинские части должны быть самыми аккуратными исполнителями городского распорядка», — сообщали в приказе по войскам Минского гарнизона от 22 марта 1925 года.

Тогда же появился приказ о запрещении быстрой езды по улицам и самовольных поездок на подводах без необходимости по центру города во избежание заторов.

С появлением в начале 1940-х грузовых и легковых автомобилей эра господства лошадей закончилась.

Спасители Минска

Война все изменила. В большом количестве лошади вновь появились в городе 16 июля 1944 года на партизанском параде на ипподроме в конце улицы Красноармейской. Перед трибунами прошли 600 конников. После парада все его участники — 17 партизанских бригад — направились в Лошицу, где для расформирования разместился Белорусский штаб партизанского движения. В постройках располагавшегося здесь до войны совхоза устроили временные загоны для скота и лошадей.

После освобождения Минск лежал в руинах. Автомобильного транспорта, уборочной техники (машин, тракторов) почти не было: отправлены на фронт, поэтому всю работу выполняли вручную или с помощью лошадей. Потребность в лошадиной силе ощущали везде: в строительстве, на транспорте, в учреждениях и организациях. Нужно было разбирать завалы, вывозить битый кирпич, мусор, подвозить стройматериалы.

Узнав о том, что в Лошице есть тягловая сила, руководители наркоматов, ведомств, организаций и учреждений забросали штаб партизанского движения просьбами о выделении в их распоряжение лошадей. 19 июля из Лошицы в Атолино и Прилуки отправились 21 лошадь и 9 повозок «для работ по восстановлению подсобного хозяйства ЦК КП(б)Б». Управляющий делами Верховного Совета БССР оказался скромнее — просил выделить одну лошадь с повозкой для перевозки грузов и одну легковую с бричкой. Видимо, для поездок руководства по городу. Но бричек в распоряжении штаба не оказалось, и в Верховный Совет БССР направили 2 лошади с грузовыми повозками.

В средствах передвижения нуждалась и городская милиция — ей передали 123 лошади и 87 седел.

28 июля после получения распоряжения СНК БССР о выделении лошадей стройтресту начальник штаба партизанского движения Петр Калинин приказал: «Выдайте 200 лошадей с телегами и упряжью. Лошадей желательно обозных, трофейных для перевозки тяжестей». Видимо, такого количества животных в наличии уже не было: в расходной ведомости значится, что Минскому стройтресту выделены 129 лошадей, 65 повозок, 75 комплектов упряжи и 3 седла.

4 сентября нарком здравоохранения БССР Михаил Коваленок писал: «Столица Белоруссии город Минск не имеет станции скорой медицинской помощи из-за отсутствия транспортных средств. Учитывая исключительно важную роль станции скорой помощи для обслуживания населения, Наркомздрав БССР просит выделить для указанной цели 5 лошадей с повозками и сбруей». На письме — резолюция Калинина: «Выделить санитарную машину». Отметим: ранее, в июле, в распоряжение Наркомздрава отправили 25 лошадей и 15 повозок.

В это же время заимели тягловый транспорт Минский вагоноремонтный завод, театр оперы и балета, БГУ, музей истории Великой Отечественной войны и другие учреждения.

Среди многочисленных ведомственных запросов в Белорусском штабе партизанского движения лишь один носит личный характер: недавний партизан, Герой Советского Союза Григорий Токуев просил выделить лошадь и седло. Просьбу выполнили. На первый взгляд, в знак уважения его больших заслуг в борьбе с фашистами. Но не один же Токуев такой? На самом деле все проще: 11 июля постановлением СНК БССР он был утвержден в должности председателя Белорусского физкультурного общества «Спартак». Лошадь понадобилась Григорию Аркадьевичу для работы.

В бронзе и камне

Сегодня увидеть лошадей в городе можно в виде скульптур. Вживую — с наступлением тепла: в парках и скверах частники организуют катание детей на конях. К примеру, в Вене или мальтийской Валетте это хорошо развитый бизнес, пользующийся популярностью у туристов. Может, и в Минске лошадь себя еще покажет?

Справочно

По данным статистики, в Беларуси в 2018 году насчитывалось 56 000 лошадей. Для сравнения: в 1961-м — 519 000, в 1990-м — 217 000, в 2010-м — 125 000.

Подготовили Иван Кахнович и Геннадий Баркун