Таким оружием выглядит практически невыполнимое требование равных условий интеграции…

Александр Лукашенко нащупал фишку — как отбиваться от попыток Москвы навязать углубленную интеграцию по своему сценарию. Прием прост, но чрезвычайно эффективен: требовать, чтобы интеграция по всем параметрам была равноправной.

«Беларусь сохраняет абсолютную приверженность идее союзного строительства… При этом основной принцип данного проекта — равные условия для наших сограждан и субъектов хозяйствования», — заявил президент Беларуси 5 марта на совещании по вопросам участия в интеграционных структурах и сотрудничества с европейскими организациями.

Он еще раз подчеркнул этот принцип, когда говорил сегодня о евразийской интеграции: мол, перед ЕАЭС ставились такие важные цели, как создание общего рынка и равных условий.

Как красиво торпедировать «продвинутую» интеграцию

Тактика белорусского руководства понятна. Ну не может же оно посыпать голову пеплом: да, поторопились в 1999 году понавписывать всякого в союзный договор — и единую валюту, и многое другое, что сегодня де-факто угрожает суверенитету.

Приходится быть хитрее: мы, мол, обеими руками за дальнейшую интеграцию, но… И далее — большой перечень несправедливостей. Типа газа, который поставляется-де на худших условиях, чем немцам; отказа Москвы компенсировать последствия налогового маневра в своей нефтянке; барьеров на пути белорусского продовольствия на российский рынок и пр.

Понятно, что по каждому вопросу у Москвы — своя правда. Но главное — без устали ставить эти вопросы. Во-первых, авось что-то обломится. Во-вторых, всегда можно сказать: если мы этих элементарных вещей не решили, то какая к черту продвинутая интеграция?

Вот и сегодня Лукашенко возмущался, говоря, в частности, о торговле продукцией машиностроения: «…Мы пустили на свой рынок реальных конкурентов, открыли рынок. Они нас туда не пускают. Как это понимать? Какой здесь союз?»

Как видим, требование равных условий — действительно могучее оружие, которое априори обеспечивает выигрышную, наступательную позицию. Всегда найдется повод для претензий. Даже в продвинутом ЕС взаимных обид подобного рода через край. А уж в рамках постсоветской интеграции и вовсе конь не валялся: сплошной протекционизм, правовой нигилизм и пр.

К тому же при таком подходе можно красиво торпедировать неудобные предложения Москвы: вы нам сначала дайте равные условия, а потом будем говорить о достройке Союзного государства, единой валюте и т.п. Да, и единую валюту тоже давайте, кстати, учреждать на равных условиях.

Это оружие Лукашенко использовал в первой половине 2000-х, когда была первая волна кремлевского нажима, теперь оно снова расчехлено.

Такой подход трудно опрокинуть

Причем такой подход выглядит вполне резонным. Эту железобетонную конструкцию трудно опрокинуть.

Кремль же не ответит в лоб свысока: а не слишком ли вы, младшие братья, губу раскатали? Не много ли апломба — ставить себя на одну доску с великой Россией? Сейчас мы вам разгонимся учреждать некий гибридный белорубль вместо нашего с двуглавым орлом.

Так не ответят, но так там думают. Все эти пункты о равноправии в союзном строительстве подписывались российской стороной из соображений маскировки.

А вот когда в декабре вскипела тема «продвинутой» интеграции, к которой призвал премьер РФ Дмитрий Медведев, то де-факто в российском медиапространстве вопрос свелся к тому, как мягко присоединить Беларусь.

Спорили, лучший ли это вариант для Путина в плане пролонгации власти после 2024 года. Или: не слишком ли рискованным да обременительным окажется проект такой инкорпорации. И как-то не слышно было возгласов: ребята, у нас же вообще-то равноправный союз, во всем должен быть паритет с белорусами!

Москва хочет «по любви»

Вы скажете: ну мало что в СМИ говорят. Хорошо, а как вам это: авторитетный московский политолог, главный редактор Carnegie.ruАлександр Бауновсообщает, что в Кремле идет конкурс проектов, как решить для Путина проблему-2024, и белорусский вариант «находится на столе», у него «есть кураторы».

Главред «Эха Москвы»Алексей Венедиктов, козыряющий тем, что вхож в Кремль, образно выразил его позицию так: там ждут, когда белорусский фрукт дозреет.

На днях Венедиктов подтвердил, что Лукашенко из Москвы «поддавливают очень сильно» с прицелом «на объединение или соединение или присоединение», добавив со своеобразным юмором, что «поскольку у нас наш президент легалист, он хочет, чтобы все было по любви».

В конце концов, сам Лукашенко признается, что на переговорах российские партнеры наседают, «начинают разговаривать о включении страны, туда-сюда».

То есть великодержавный подход Кремля к Беларуси обозначился в последние месяцы особенно наглядно, рельефно.

К причинам дискриминации «младшего брата» следует добавить и чисто меркантильные интересы российской верхушки, в которой не поймешь, где грань между госслужбой и банальным распилом большого бабла.

По этой причине тоже блокируются поставки белорусских продуктов (нежелательная конкуренция), нет рвения в вопросах создания единых рынков нефти, газа и нефтепродуктов. Пока их нет — раздолье для непрозрачных схем, волюнтаристских решений и тайной работы на свой карман.

Белорусский президент отдубасил детище Путина

На сегодняшнем совещании Лукашенко отдельно и особенно жестко раскритиковал ЕАЭС, который считается детищем Владимира Путина.

Был сделан такой плавный переход: «Многие экономические вопросы из повестки Союзного государства перенесены на площадку ЕАЭС. К сожалению, процесс евразийской интеграции поворачивается вспять, если уже не повернулся».

Критиковать формат ЕАЭС белорусскому президенту сподручнее, чем Союзное государство.


Евразийский союз: обещали золотые горы, не выполнили даже программу-минимумВедь союзный договор с Борисом Ельциным подписывался с энтузиазмом и пафосом, на гребне большой игры, в которой суперпризом был кремлевский трон. А вот в евразийскую интеграцию Путин белорусского партнера уже загонял. Лукашенко противился, устраивал демарши. Мрачно высказался он о перспективах ЕАЭС и в «Большом разговоре» 1 марта.

Сегодня же белорусский президент прошелся и по еще одной интеграционной структуре под эгидой Москвы, заметив, что «возникла нездоровая ситуация в ОДКБ».

Речь идет прежде всего о том, что Армения блокирует назначение белорусского представителя Станислава Зася генсеком ОДКБ.

Но претензия, вновь-таки, адресована не столько Еревану, сколько Москве, от которой он критически зависит. Подтекст таков: да повлияйте же наконец на этого бунтаря, этого идущего не в ногу армянского премьера Никола Пашиняна!

После Сочи наступила жесткая ясность

На днях комментаторы отметили, что в «Большом разговоре» Лукашенко отличился антизападными мотивами, к которым в последние годы старался не прибегать (ведь нормализация же, миротворчество и все такое).

Действительно, 1 марта досталось полякам с их якобы агрессивными планами: были упомянуты некие карты, на которых оттяпано пол-Беларуси, прозвучал упрек, что Варшава запланировала гигантские расходы на усиление армии.

В целом Запад был обрисован коварной деструктивной силой. Аналитики пришли к выводу, что это вынужденные реверансы перед Москвой.

Но вот на сегодняшнем совещании Лукашенко снова надавил на другую чашу весов. Он педалировал как раз-таки развитие отношений с Западом. Подчеркнул, что «следует налаживать взаимоуважительные отношения с НАТО», что «мы не должны на них смотреть, как на врагов».

Более того, официальный лидер признал, что сотрудничество Беларуси со странами Запада «сегодня вызывает некую аллергию и порой истерику» у России.

Тем самым он дезавуировал рефрены тамошних персон вроде министра иностранных дел Сергея Лаврова, что у Москвы-де «нет никаких аллергий, никаких ощущений ревности» из-за сближения Минска с Евросоюзом.


Беларусь хочет хороших отношений с РФ и нормальных с ЗападомДругое дело, что пределы этого сближения ограниченны из-за специфики белорусской политической и экономической моделей. В итоге Минску остается искусно лавировать между центрами силы.

Понятно, что Лукашенко никогда не заделается энтузиастом евроинтеграции. Но и насчет «братской» интеграции с Россией иллюзий нет. Последние тайные вечери с Путиным в Москве и Сочи, судя по всему, внесли в эти отношения предельную жесткую ясность.

Лукашенко будет уклоняться от кремлевского сценария, используя асимметричное оружие: даешь равноправную интеграцию!