Девушка убеждена: если мама узнает, как давно и безнадежно дочь ищет ее, то она откликнется. Если у мамы другая семья, то Марина поймет… У самой Марины все хорошо, ей ничего не надо. Только знать, что где-то живет ее мама.
Марина* уже не ребенок. И знает, что жизнь бывает жестока. Но не может поверить, будто человек мог бесследно исчезнуть, словно его и не было. Значит, что-то случилось?
В редакцию АиФ пришло письмо от приемных итальянских родителей, обращенное к маме девушки и ко всем неравнодушным людям, в переводе Марины.
«Здравствуйте, Валентина Николаевна, меня зовут Габриэле, а мою жену – Мэрис. Мы итальянские приёмные родители Алексенко Марины Николаевны, которая родилась в Орше в 1997 году. Марина – ваша дочь. Сейчас ей 21 год. Пишем вам это письмо в надежде помочь Марине найти смысл её жизни – узнать, кто ее родители.
Начну с 2004 года, когда мы через телевизионную программу подали запрос на оздоровление ребенка из Беларуси. К нам приехала семилетняя девочка. Маленькая, очень-очень худенькая, с испорченными зубками, с полупустой сумкой, в которой было мало одежды. Она крепко обняла меня, затем – нашу собаку Кикко… Сжалось сердце.
Сначала мы не понимали, что говорит Марина, а Марина не понимала нас. Но со временем мы стали для малышки чем-то большим, чем приютом на несколько месяцев. Позже с помощью знакомых, которые говорили по-русски, мы смогли узнать, что с самого рождения Марина жила с бабушкой (вашей мамой).
В 2006-м девочку отдали в приёмную семью, а затем бабушка умерла, и девочка осталась в приемной семье. Узнав предысторию, мы предприняли первую попытку найти вас. Кто-то говорил, что вы уехали в Москву, и даже называл улицу проживания – Новосибирская. Кто-то опровергал эти слухи. Получить точные сведения не удалось, кроме тех, что до пяти месяцев вы присматривали за малышкой, а значит, любили ее.

Марина приезжала к нам два раза в год: на два месяца летом и на один – зимой. Она начала учить итальянские слова, а мы принялись за изучение русских. Мы старались дать Марине всё: у неё были своя комната, своя кровать, одежда и игрушки. Но не было настоящей семьи. И мы решили стать ее семьей.
Мы приезжали к Марине в Оршу. А в июне 2015 г. были и на ее выпускном вечере, чтобы по-семейному отпраздновать это событие. Марина начала собирать документы, необходимые для удочерения. В октябре 2015 г., когда ей уже было 18 лет, она приехала в Италию насовсем.
В январе 2016 года Марина официально стала нашей дочкой, а в феврале уже подала документы в итальянскую школу на специальность «туризм». В июне 2018 г. она получила диплом, и мы пообещали исполнить ее мечту: найти вас, ее маму.#1#Мы были в Орше две недели и встретились с вашими друзьями и родственниками. Побывали и там, где вы жили, - в городе Зубово. Сходили в школу, где вы учились. Учителя, директор говорили про вас только хорошее, но никто не знал, куда вы пропали.
Ни мы с женой, ни Марина не виним вас ни в чем. У вас, наверное, были серьезные мотивы отказаться от дочери. Но у девочки есть право хотя бы знать, кто ее мама, жива ли она.
Надеемся, что, увидев детские и сегодняшние фотографии Марины, вы захотите узнать её поближе и познакомиться с теми, кто пытается дать ей будущее. А у нас с женой будет возможность познакомиться с вами и поблагодарить за драгоценный подарок по имени Марина.
Всего самого хорошего, Габриэле и Мэрис Рагуза»
* Имена белорусских героев материала изменены. Координаты итальянской семьи находятся в редакции.