Послевоенный Минск отстраивался на глазах и с непосредственным участием Николая и Елены Долгановых…

Кондратий Иванович Долганов стал минчанином после войны — приехал сюда с родителями в 1946 году в возрасте четырех лет. Его отец отстраивал столицу, а сам он водил первый минский троллейбус.

Живет Кондратий Иванович на Романовской слободе. Вообще-то имя его Николай. Говорит, что Кондратом записали, а всю жизнь звали Колей. И такое у довоенного и военного поколения белорусов было довольно распространено. Жена Кондратия Ивановича, с которой они прожили более пятидесяти лет, никогда его официальным именем не называла. Да и сама она Лена, хотя по бумагам — Леонида.

«Известно же, — говорит Леонида Адамовна, — что записывали нас, детей, рожденных накануне и во время войны, уже после ее окончания. И дни рождения, и имена — всё со слов родителей».

Кондратий Иванович родился в 1942 году в Гомельской области. В семье было еще две девочки. У отца была бронь, он не воевал. Был хорошим каменщиком, и после войны его направили восстанавливать Минск, а семья приехала к нему в 1946-м.

Первые осознанные впечатления о городе у Николая Долганова были такие: «Страшно было смотреть, всё в руинах, но постепенно город восстанавливался».

Семья не голодала: «Хлеб был, по карточкам (до конца декабря 1947 года. — Naviny.by). Помню, мама намажет подсолнечным маслом хлеб, посыплет солью. Такая вкуснятина… Я даже сам ходил за хлебом. Еще мне врезалось в память, что когда ездил к бабушке на каникулы (это было в конце 50-х), она водила меня в церковь. И там батюшка после молебна всегда одаривал лустой хлеба, всегда. А мне как ребенку еще и потолще кусок отрезал. А сейчас идешь в церковь, так ты плати».

Мама, папа и трое детей поселились в бараках на углу Красной и проспекта Машерова (бывшая Варвашени):

«Эти бараки строили пленные немцы, и к нашему приезду работы еще не завершились, штукатурку только-только положили, было сыро и холодно».

Оттуда позже ходил в школу, здание которой находилось около хлебозавода на Богдановича. Ходил пешком, транспорт в городе ездил редко, хотя «какой-то автобус все-таки ездил, а потом и трамвайную линию проложили».

А вот когда получили квартиру на Сурганова, началась комфортная жизнь — была горячая вода, газ. Правда, отопление печное, центральное появилось только через много лет:

«По тем временам это была хорошая квартира, две комнаты на пять человек. Тогда очень тяжело жили люди, по многу лет и человек в бараках. Жизнь сложная была, хотя и теперь не так легко. Как бы то ни было, квартиру мы получили, причем бесплатно. А сейчас у молодых с этим большие проблемы».

В 1958 году начал работать, а потом забрали в армию. Его невеста, которая позже стала женой на всю жизнь, ждала три года и девять месяцев — служил Николай Иванович во флоте. Был красавцем, говорит жена. И вздыхает, что время быстро идет, вот уже и золотая свадьба за плечами. Двое сыновей, четверо внуков.

Работал мозаичником на строительстве — делал полы, облицовку стен. И водил минский троллейбус — тот самый, один из первых.

Ну, а самый первый троллейбус вышел в рейс в сентябре 1952 года по маршруту «Вокзал — Круглая площадь». Как пишет «Минск старый и новый», планировалось, что первый троллейбус поедет по проспекту 3 июля, но что-то не получилось. Всего было пять машин.

Самый первый водитель минского троллейбуса — АлексейСоколов, ему в конце рейса торжественно вручили ордер на новую квартиру. Как и остальные 17 водителей, он прошел подготовку на ленинградских курсах водителей троллейбусов.

Первой и до 1960-го года единственной моделью минского троллейбуса был МТБ-82Д. Их серийно производил завод имени Урицкого в городе Энгельсе Саратовской области. Специалисты — водители, слесари, мастера, электромеханики — прошли подготовку в учебном комбинате Ленинграда.

Николай Иванович начал водить троллейбус по маршруту № 1 в 1966 году. Это был все тот же МТБ-82Д, управлять которым было непросто:

«Это теперь за рулем троллейбуса ездят молодые хрупкие девушки, одним пальчиком руль вращают. А тогда для того, чтобы повернуть руль, нужна была недюжинная сила. Ушел из депо, потому что было тяжело — меня поставили на дежурную машину, а это значит, надо было вставать в три часа, идти пешком в парк, заводить машину и развозить работников».

Особенно запомнился Николаю Ивановичу случай, когда зимой не могли открыть двери в салоне, потому что они замерзли:

«Салон тогда не отапливался. Слесари пытались открыть, но это заняло слишком много времени. Я потом еду за рабочими, а они уже пешком мне навстречу идут, кулаками машут. Но всё обошлось».

И все же у современных водителей есть свои трудности — им сложнее, говорит Николай Иванович, потому что улицы забиты машинами. Да и «работе в первую смену не позавидуешь, надо очень рано вставать». Зато считает он, современные водители троллейбусов хорошо зарабатывают в сравнении с прежними временами.

В конце 60-х зарплата водителя троллейбуса, как помнит Николай Иванович, была около 60 рублей. Хлеб стоил 14 копеек, а проезд на троллейбусе — 5 копеек. Работал кондуктор, так что зайцев не было.

«Нельзя сказать, Коля, что мы жили бедно, — говорит Елена Адамовна. — Я работала маляром и еще после пенсии 16 лет уборщицей. У нас и квартиры есть, и дача».

На глазах семьи Долгановых менялся Минск. Когда они заселились в многоэтажку на Романовской слободе, из окна были видны маленькие частные домики, а теперь всё застроено, да и место центральней некуда.

Сейчас под окнами у Долгановых новая стройка — уже три года возводят развлекательный центр. Елена Адамовна говорит, что устали они от этой стройки. «У нас что, не хватает развлекательных центров?» — спрашивает женщина.

Она приехала в Минск в 1956 году поступать в училище:

«Город был в развалинах. Всю Немигу и проспект Победителей строили при мне. А сама я много минских зданий покрасила — и на проспекте Независимости около Академии наук, и гостиницу «Турист». Я и на улице Розы Люксембург работала, но теперь я не узнаю этот микрорайон и другие тоже. Мы Минск сейчас не узнаем».

Сегодня ее основная забота — яблоки, которых выросло на даче очень много. Варит варенье на два года вперед, знает, что в следующем году яблок не будет. Говорит, что варит, варит, а из четырех яблонь с одной плоды даже не начинали снимать. «Может, возьмете яблочек?» — спрашивает с надеждой.

Старость их оказалась не совсем такой, на которую надеялись Долгановы. А жизнь, говорят, оказалась долгая. Смотрят телевизор (был плоский с жидкокристаллическим экраном, по не понравилось его смотреть, вернули старый). Развлекаются, играя в карты. У Николая Ивановича есть талисман — лиса, детская игрушка. Если проигрывает, щелкает ее по носу.

На вопрос, нравится ли ему современный Минск, Николай Долганов говорит, что хотел бы с дачи не уезжать, а тут надо в городе сидеть — часто приходится к медикам обращаться.

Фото Сергея Балая



381825