В системе Департамента исполнения наказаний МВД Беларуси существует 15 предприятий, где используется труд осужденных.
Belsat.eu решил разобраться, что производят белорусские узники, и нарушаются ли при этом их права.

Большинство белорусов так или иначе сталкивались с товарами, произведенными на предприятиях Департамента исполнения наказаний (ДИН) – иногда сами того не зная.
Заключенные в Беларуси производят тротуарную плитку, бани, мусорки, душевые кабинки, скамейки, мангалы, двери, окна, гвозди, сувениры, мебель, одежду, обувь, продукты питания (например, макароны и хлеб – в том числе для военнослужащих) и много чего другого.
Основной покупатель этой продукции – государственные учреждения и организации, однако приобретают ее и частные лица. Зарплату заключенным на руки не выдают, а перечисляют на их личные счета.
Чаще всего работу заключенных используют на производстве одежды и мебели. При этом не стоит думать, что речь идет только о производстве дешевой продукции. Например, цена на набор мягкой мебели на предприятии "Одиннадцать" (обычно названия предприятий соответствуют номеру колонии, при которой оно было создано) достигает 1,5 тысяч рублей – предусмотрена даже покупка такого товара в рассрочку.
Другое предприятие, которое специализируется на производстве мебели – "Исправительное учреждение №5" (г. Ивацевичи) – совсем недавно оказалось в центре коррупционного скандала.
По данным Генеральной прокуратуры, директор предприятия при ивацевичской колонии организовал поставки белорусской мебели за границу, за что в течение 4 лет получал взятки от представителей французской компании – общая сумма составила более 207 тыс. евро. Теперь топ-менеджера системы ДИН ждет суд.


Заключенные практически полностью обеспечивают одеждой белорусскую милицию – шьют им от форменных рубашек и курток до пилоток, фуражек и беретов. Основной поставщик форменного обмундирования для белорусских силовиков – предприятие "№4" при гомельской женской колонии.
Гомельская колония находится в черте города, на улице Антошкина. На этой же улице работает фирменный магазин, где можно приобрести милицейскую и военную форму, одежду для медиков, рабочих и спортсменов, обычные куртки и сумки, и даже белорусские вышиванки.
Интересно, что заключенные в Гомеле работают и на зарубежный рынок. Так, например, в ДИН планируют шить форму для силовиков Зимбабве и Республики Мозамбик – соответствующие переговоры прошли в этом году.
Предприятие при гомельской колонии шьет и хоккейную форму – в том числе для детско-юношеской школы олимпийского резерва "Динамо". Кстати, форму для детей узники стали шить по личной инициативе министра внутренних дел Игоря Шуневича. Инициативу одобрил Александр Лукашенко.
"Что, для детей там форму не сошьют? Притом для любого вида спорта. И деньги останутся у нас, и копейки это будет стоить", – заявил Лукашенко в мае 2017 года.
В ведомстве Шуневича производят также и хоккейные клюшки – новый образец этой продукции в ноябре 2017 года министр лично представил главе государства.
Новость о том, что белорусские заключенные шьют спортивную форму для детей в прошлом году активно обсуждалась в интернете, некоторые комментаторы ставили под сомнение этичность этого решения.
Однако хоккейная форма – это не единственная продукция ДИН, которой пользуются дети. Например, заключенные Оршанской колонии производят детские санки, горецкой колонии – детские кроватки, а заключенные ИК-20, в Мозырском районе, элементы детской площадки – горки, качели и песочницы.#1#
Партнерами предприятий Департамента исполнения наказаний являются топовые промышленные гиганты Беларуси. Заключенные выпускают продукцию для десятков белорусских заводов, среди которых – МАЗ, МТЗ, БелАЗ, "Амкодор", "Белшина", "Белкоммунмаш", "Минский вагоноремонтный завод", "Керамин" и даже белорусская "дочка" швейцарского концерна "Штадлер".
Например, предприятие "Четырнадцать" специализируется на запчастях и комплектующих для белорусских тракторов – производит радиаторы, глушители, баки и т.д. На предприятии "ИК-12 Вал" производят комплектующие для железной дороги.
Все предприятия ДИН имеют собственные сайты, где можно ознакомиться с перечнем их продукции и посмотреть прайс. Некоторые предприятия имеют даже свои фирменные магазины. Так, например, в Волковыске работает фирменный магазин предприятия "Одиннадцать", где можно приобрести мебель. В Гомеле существует уже упомянутый магазин на улице Антошкина.
В Минске продукцию, созданную руками заключенных, можно найти в ряде государственных торговых точек.
Согласно Уголовно-исполнительному кодексу Беларуси заключенные обязаны работать во время отбывания наказания (ст. 98). Администрация колонии должна находить работу для заключенных с учетом их физических возможностей и квалификации. Заключенные пенсионного возраста могут не работать.
Правозащитники считают, что трудовые права заключенных в Беларуси систематически нарушаются.
"Существует определенный комплекс проблем, который начинается с того, что только часть норм трудового права распространяется на заключенных, – говорит в интервью belsat.eu правозащитник Павел Сапелко. – С ними не заключаются трудовые контракты, для них не предусмотрены льготы.
Он обычно не оплачивается должным образом, а заключенные не могут отказаться выполнять работу. Очень часто администрация назначает заключенных к работам, которые не соответствуют физическим данным заключенного и его навыкам.
Уголовно-исполнительный кодекс Беларуси расценивает отказ от работы как нарушение условий отбывания наказания, что наказывается привлечением к дисциплинарной, а иногда и к уголовной ответственности. Как минимум, заключенный лишиться возможности условно-досрочного освобождения".
Заключенные работают и в западных странах, причем нередко работу заключенных используют всемирно известные торговые бренды. Однако Павел Сапелко отмечает, что в демократических странах к рабочему вопросу относятся иначе, чем в Беларуси:
"Там это в основном не воспринимается как обязанность. Администрация исправительных учреждений склоняет заключенных к работе, пытается найти для них какое-то занятие, которое бы соответствовало уровню образования и физическим возможностям. Но это обычно не влияет на то, будет ли он привлечен к дополнительной ответственности или нет".

"Международный пакт об общественно-политических правах говорит о том, что работа не является принудительной, когда ее назначили судом в рамках уголовного наказания. Однако у нас де-факто нет такого наказания – у нас же нет каторги.
Поэтому работа должна быть средством реабилитации и перевоспитания, однако точно не средством наказания. А те условия, в которых иногда работают наши узники, имеет признаки жестокого и унизительного обращения", – резюмирует он.