Белорусская бегунья Эльвира Герман рассказала о трудном детстве.

На чемпионате Европы по легкой атлетике, прошедшем в Берлине, белорусы завоевали шесть наград. Одну из золотых медалей в копилку нашей сборной неожиданно принесла 21-летняя Эльвира Герман, которая выступает на дистанции 100 метров с барьерами. На пьедестале все видели Алину Талай, но прославленная бегунья не смогла финишировать из-за травмы. В напряженной борьбе Герман опередила двух представительниц Германии Памелу Дуткевич и Синди Роледер и впервые в карьере стала чемпионкой Европы на взрослом уровне, пишет «Трибуна».

В беседе с Владом Ворониным, Эльвира рассказывает о своем детстве, трудном переезде в Минск, бойфренде и о том, с чем столкнулась на пути к завоеванию этой медали.

Времени на отдых у чемпионки Европы совсем нет.

– Из Берлина прилетели в воскресенье вечером, а в понедельник утром я уже была на тренировке. Без пауз, перерывов сразу вернулась на беговую дорожку. У меня еще четыре старта в этом сезоне, поэтому некогда расслабляться. Теперь я в другом статусе, ко мне многие по-другому относятся: начиная от спортсменов и заканчивая СМИ.

Я еще привыкаю к выступлениям на взрослом уровне, поэтому близящиеся старты в Польше, Хорватии, Германии, Чехии – отличная возможность снова проверить себя и свои силы. А вот молодежных соревнований осталось не так много: в следующем году Европа – единственный старт по этому возрасту. (Уже после разговора, в прошлую среду Герман выиграла забег на 100 м на мемориале Камилы Сколимовской в Польше).

- Как прошли первые дни после триумфа?

– Они пролетели как-то незаметно. Столько поздравлений услышала от самых разных людей, было очень приятно. Но я такой человек, что мне комфортнее на родине, поэтому поскорее хотелось вернуться. Вообще, люблю возвращаться домой после соревнований – это немыслимое счастье для меня. Пару дней назад нас поздравили в министерстве спорта, сейчас я морально отхожу от того, что случилось. Психологически выдержать все это – не самое простое испытание.

- Расскажи о своем детстве, как попала в легкую атлетику?

– В легкую атлетику было два прихода. Первый случился совсем рано, в 5 лет, даже не помню те времена. Эта история основана на рассказах мамы. Мы пришли в секцию вместе с сестрой, она на два года меня старше, отзанимались две недели. Сестре как-то не понравилось, ну и мне как младшей соответственно тоже.

Хотя тренер уже тогда заметил во мне потенциал, звонил маме с просьбой привести меня на тренировку, но она не пошла против воли своей дочери. Тем не менее я не сидела дома и не смотрела мультики днями. Всегда была активным ребенком, ходила на всевозможные секции и кружки.

Как и у любой девочки, у меня была мечта заниматься танцами. Затем стала их совмещать с посещениями бассейна, но мне там не нравилось, вода была холодной. А в 6-м классе я снова попала в легкую атлетику. В нашу школу на урок физкультуры пришла Елена Веренич и пригласила к себе на тренировки. Там оказался очень хороший коллектив, отличные ребята, меня все это затянуло. С тех пор уже около десяти лет занимаюсь любимым делом.

- Не поздно начали карьеру?

– Нет, 11-12 лет как раз то, что нужно. Если поинтересоваться у тех, кто еще до сих пор занимается и показывает приличные результаты, во сколько они пришли, то вряд ли вы услышите другие цифры. Даже, скорее, может быть кто-то скажет, что только в 15 пришел. Так что начинать заниматься можно в любом возрасте, главное желание.

- Вы говорили о том, что условия для тренировок были ужасными и приходилось переодеваться на трибунах. А где тренировки проходили зимой?

– Зимой тренировки проходили в зале, на деревянном полу. Размер зала настолько мал, что мы с трудом все туда помещались. Чтобы не соврать вам, думаю, 10 на 30 метров. Для того чтобы потренироваться в шиповках, спускались в подвал, где было всего две дорожки. Летом переходили на стадион «Припять». Траву, которая в некоторых местах вырывалась из-под резины, никто не косил. Сейчас в Пинске появился новый стадион «Волна». Впрочем, несмотря на все видимые недостатки стадиона «Припять», на нем чувствовался уют, которого нет на «Волне».

- Мама одна воспитывала тебя и сестру?

– Да, когда мне было три года из семьи ушел папа. Тем не менее, я все равно поддерживаю с ним контакт, мы постоянно общаемся, созваниваемся. Несколько раз ездила к нему в Украину в Новоград-Волынский. В 10-15 лет каждое лето проводила там. Правда, последний раз была примерно два года назад. Очень хочу снова приехать, но свободного времени совсем нет.

- Чем этот город отличается от родного Пинска?

– Наверное, по площади этот город уступает Пинску, но вот по численности населения – точно нет. Пинск более современный, в нем больше всяких высоток, новостроек. А в Новоград-Волынском все такое старенькое, никаких торговых центров, жизнь какая-то размеренная, спокойная. Там очень много красивых мест, природа вдохновляет. Шаг влево – лесок, шаг вправо – речка. Вот сейчас рассказываю, вспоминаю, и еще больше хочется приехать.

- Расскажи про маму. Тяжело ей было одной воспитывать двух дочерей?

– Маму зовут Светлана, работает мастером в «ЖЭС» №6. Это замечательный человек, который ради меня с сестрой готов пойти в огонь и воду, не перед какими трудностями не остановится. Мама работала на двух работах, получала копейки, совсем не берегла себя. Старалась обеспечить дочерей всем необходимым. Жили мы в общежитии, питались только хлебом с солью. Я очень хотела в детстве, чтобы мама жила лучше, не отказывала себе ни в чем. Именно она своим примером показала, что все трудности на своем пути можно перебороть, перетерпеть и идти дальше. Она очень сильная женщина, большинство моих черт характера от нее. Я благодарна ей за всё.

- Как мама относилась к твоему увлечению легкой атлетикой? Не говорила, что пора идти зарабатывать деньги?

– Мама никогда не запрещала тренироваться или в принципе заниматься легкой атлетикой. Она давала свободу выбора и всегда меня поддерживала, была на моей стороне. А что касается денег, с 15 лет у меня уже была хорошая стипендия. Немногие подростки в таком возрасте могут похвастаться заработанными деньгами. Так что разговор о том, чтобы оставить спорт, в нашей семье не было.

- Помнишь переезд в Минск?

– Да, в 16 лет оказалась одна в этом большом городе. По натуре я такой человек, которому просто необходима поддержка близких. Когда они рядом, я и сама начинаю расцветать. Одной мне сложно, а в Минске всё так и было. Одна среди чужих. В общежитии мне было некомфортно из-за своей закрытости.

Тогда впервые почувствовала, что такое одиночество. Конечно, я общалась с соседками по комнате, но между нами не было крепкой дружбы. Да и с общением в группе не совсем все ладилось. Хорошие отношения у меня были только с одним мальчиком. К тому же мой молодой человек, который тоже легкоатлет, несколько раз пытался поступить в Минск, но три раза слышал отказ из-за проблем со здоровьем.

В какой-то момент я решила для себя, что если он вновь не поступит, то я брошу все и поеду к нему. Однако четвертая попытка стала успешной, Максим услышал от врачей да. Вообще, об этом периоде в моей жизни мало кто знает. Я сразу решила, что маме ничего не буду рассказывать, все-таки ее здоровье лучше поберечь. Да и зная ее, она бы как всегда приняла все близко к сердцу, распереживалась, накрутила себя. Это было действительно тяжелое время, но всё уже в прошлом.

- Твой парень Максим Граборенко – легкоатлет, бегает 100 и 200 метров. Где ты с ним познакомилась?

– В какой-то момент он, как и я, пришел в Пинске в секцию легкой атлетики. Первые несколько лет наше общение ограничивалось дружбой. В определенный момент поняли, что не можем друг без друга, все завертелось, и начали встречаться уже как парень с девушкой. Максим сейчас в национальной команде, правда, пока только в переменном составе. У него была возможность поехать на чемпионат Европы в составе эстафетной команды, но, к сожалению, на стадионе «Динамо» подвела электроника, результаты фиксировали рукой, поэтому не хватило пару сотых до выполнения квалификационного результата.

- Сейчас много парней пытаются познакомиться с тобой. Как Максим относится к этому?

– Максим неревнивый, доверяет мне на все сто процентов. Мы давно вместе, и никто ни разу не давал поводов и намеков. (При этом, фотографии на заставке «ВКонтакте» у Эльвиры и Максима одинаковые – Tribuna.com).

Жизнь у профессионального спортсмена и так не самая простая, а если еще твоя вторая половинка начнет капать на мозги, о хороших результатах можно позабыть.

- Вы тренируетесь у одного тренера? Не надоедаете друг другу тем, что все время вместе?

– Да, у нас общий тренер – Мясников Виктор Николаевич. Кроме того, в группе еще восемь человек. Это же замечательно, что мы так много времени проводим вместе. Мне бывает на соревнования трудно уехать без Максима, хочется быть рядом 24 на 7. Не понимаю, честно говоря, людей, которые жертвуют семьей ради карьеры.

- Максим приехал на чемпионат Европы поддержать вас. Как он добрался до Берлина?

– У него и раньше была возможность приезжать на соревнования, но почему-то он ею не пользовался. В этот раз купил билет на автобус «Ecolines», ехал 21 час, преодолел тысячу километров и оказался в Берлине. Я не просила об этом, но вы не представляете, как я была рада его видеть. Для меня это было так важно! Когда выходила на финальный забег, думала о Максиме, что не могу подвести, ведь он проделал такой путь, чтобы просто поболеть за меня. Поставила перед собой самую высокую задачу, и у меня получилось. Один из лучших моментов в жизни: я победила, а любимый человек был рядом.

- Перед чемпионатом Европы в Минске на стадионе «Динамо» проходили соревнования по легкой атлетике. Все говорят о косяках этого стадиона, что можете сказать по этому поводу?

– Крутой стадион, не уступает в классе берлинскому, где проходил чемпионат Европы. В Минске дала сбой электроника, но, скорее всего, это связано с осадками в тот день. Немного подтапливало дорожки, но такое случается на многих стадионах. Из этого не надо делать трагедию.

Мне понравился ажиотаж вокруг турнира, пришло много людей, их поддержка – это то, ради чего стоит выступать. Была приятна удивлена количеством болельщиков. Вообще, замечательно, что у нас в стране есть такой шикарный стадион, своими последними результатами легкоатлеты доказывают, что не зря «Динамо» был реконструирован.

- На этом турнире Талай показала результат 12.50, у вас секундомер остановился на отметке 12.78, довольно существенный разрыв. Не испугала такая хорошая форма соперницы?

– На этих соревнованиях результат был второстепенен. Я, в принципе, осталась довольна своим временем, все получилось за исключением разве что старта. Но это моя старая проблема. На соревнования пришло много болельщиков, вся семья приехала и поддержала меня. Это было важнее, чем сам результат.

- Какие у вас отношения с Талай? Обращались к ней за советом?

– Мы не общаемся. Мне трудно подойти к незнакомому человеку и начать разговор, спросить что-то. Поэтому и за советом, естественно, к ней не обращалась.

- Талай не смогла пробежать финальный забег в Берлине из-за травмы голеностопа. Знали о том, что у нее травма?

– Да, мне говорили об этом. В принципе, видела по тренировкам, что она испытывает определенные проблемы.

- Сейчас многие барьеристики занимаются самостоятельно. Думали о том, чтобы отказаться от услуг тренера?

– Мне кажется, это невозможно. Ладно еще в техническом плане, можно что-то посмотреть по видео, обратить внимание на мелочи в замедленном повторе. Но когда идет базовый период, нужно же заставлять свой организм работать на максимуме, а когда ты один, разве можно это сделать? Нужна неимоверная сила воли, чтобы заставить себя пробежать 10 километров на тренировке. Тренер для этого и нужен, чтобы в самый тяжелый момент напомнить о твоих целях. Получается, часть работы тренера ложится на тебя, надо тратить время и энергию на то, что мог бы сделать другой человек.

- Недавно вы наконец избавились от старого автомобиля. Что это была за машина?

– Это была моя первая машина – «Nissan Almera» 2003 года. Вся побита, дверь не открывалась, дворники не срабатывали. Я иногда удивлялась, как это авто вообще ездит. В общем, столько проблем у этой машины. Сейчас у меня «Kia Rio», почти новый, взяла у отца своего молодого человека, но самое важное, что машина ездит.

– Часто садитесь за руль?

– Нет, я не особо люблю водить машину, если честно. Стараюсь больше передвигаться пешком. В Пинск, например, езжу на машине, потому что на маршрутках уже наездилась.

- Как часто бываете в Пинске? На улицах узнают?

– Примерно, раз в полтора месяца. Не думаю, что победа на чемпионате Европы сделала меня такой известной и узнаваемой на улицах родного города. Что говорить, если я как-то пришла потренироваться в Пинске на стадион «Волна», а сторож не хотел меня пускать. Требовал, чтобы я пошла в кассу и оплатила аренду дорожки.

Попросила его набрать директору, того не оказалось на рабочем месте, тогда сторож позвонил начальнику охраны, я попыталась с ним поговорить, представилась, говорю: я такая, называю фамилию прошлого тренера, а он отвечает: «И что? Что, ты какая-то особенная?» В общем, около часа простояла около ворот стадиона, набрала парню, и он договорился с врачом, который когда-то лечил его и был в то время на стадионе. Даже не знаю, если бы не он, попала бы на беговую дорожку в тот день или нет.

При этом мэр Пинска достаточно часто звонит, поздравляет, интересуется моими делами. Всегда готов помочь, за это ему спасибо. А вот простые люди меня не узнают.

- Если бы не легкая атлетика, чем бы ты могла заниматься?

– На самом деле после 9-го класса хотела поступать в Барановичи на бухгалтера. Тогда еще не показывала каких-то результатов в Европе, но все равно тренеры стали отговаривать, пугали, что не поступлю, мол, зачем мне это надо. «Угрозами» убедили нас с мамой не делать этого. Так я поставила себе цель: раз уж осталась, нужно попадать в тройку и получать стипендию. Каждый день приходила на тренировку с мыслью, что нужно работать, тренироваться.

- Почему бухгалтер?

– У меня всегда все хорошо было с математикой, экономикой. Например, мама мне даст денежку, но я не бежала в магазин за вкусняшками, как бы это сделало большинство детей. Я умела откладывать, собирать. И потом, если маме нужно было помочь организовать праздничный стол, я отдавала эту денежку ей. Так что, может, и не было бы медали чемпионата Европы, если бы тогда не послушалась тренеров.