Мужчина голодает восьмой день, сегодня он отказался от воды.

В минской Городской туберкулезной больнице, расположенной в деревне Волковичи, принудительно лечат от туберкулеза. Один из пациентов объявил голодовку, а сегодня отказался и от воды. Он считает себя неопасным для людей и требует перевода на амбулаторное лечение. Медики настаивают, что сам факт голодовки — это нарушение режима, а значит, мужчина своими руками отсрочивает свое освобождение.

Фото uac-info.com носит иллюстративный характер

Сухая голодовка и 11 таблеток в день

Вячеславу Лабецкому 29 лет. В больнице в Волковичах он находится полгода. Объявил голодовку, потому что считает, что может проходить лечение амбулаторно и не хочет находиться фактически в заключении:

«Я решился голодать, когда узнал, что врачи готовят документацию для предоставления в суд, чтобы продлить срок моего пребывания в Волковичах. Я не понимаю, почему должен находиться здесь, когда за полгода ни один анализ не показал, что я являюсь бактериовыделителем. Такое ощущение, что медики заинтерсованы в том, чтобы здесь находилось как можно больше людей. Я голодаю, но принимаю лекарства. А они ждут, когда я умру. Я не являюсь бактериовыделителем, я не опасен для общества. Мне надо домой».

Больница в Волковичах — специализированное учреждение для принудительного лечения (по решению суда) больных туберкулезом. Раньше имела статус республиканской, теперь считается городской. Там 80 мест в двух отделениях, из которых сейчас занято 36. Все больные имеют мультирезистентную форму туберкулеза (устойчивую к нескольким препаратам, в том числе к двум наиболее эффективным).

В больнице есть охрана, контрольно-пропускной пункт, специализированное ограждение по периметру территории, заграждения на окнах корпуса, дополнительное освещение территории и т.д.

Вячеслав Лабецкий в день принимает 11 таблеток, еще ему ставят капельницу. Он лечится от туберкулеза и получает антиретровирусную терапию ВИЧ-инфекции. ВИЧ, а еще гепатит С получил в результате внутривенного введения наркотиков. А вот туберкулезом заразился в местах лишения свободы — отбывал срок по ч.1 ст.328 УК (хранение наркотиков).

Лечить туберкулез начали в ИК-12 в Орше в 2015 году:

«После лечения попал в Гродно на тюремный режим, в камере было 10 человек. В ИК-12 оказался повторно в 2016 году. В результате лечения было очень плохо, я просто не мог встать, есть. Отказался. Когда освободился 22 августа 2017 года, вызвали в тубдиспансер на Бехтерева, потом отправили на лечение в Республиканскую туберкулезную больницу в Сосновку в Витебской области. Я житель Минска и очень просил направить меня в РНПЦ пульмонологии и фтизиатрии, который на Долгиновском тракте, но мне отказали».

В Сосновке Лабецкий пролечился около четырех месяцев и уехал домой. Говорит, что сложилась сложная семейная ситуация: «Я предупредил врача, просил перевести меня ближе к Минску, но безрезультатно. Потом я был в диспансере на Бехтерева, врач обещал положить меня в РНПЦ. Однако 9 января 2018 года меня осудили на принудительное лечение. Суд прошел без меня, постановления на руках у меня нет».

Суд, к слову, не определяет сроки пребывания в учреждении закрытого типа, таким образом, вопрос выписки — это ответственность врачей. Вячеслав Лабецкий считает, что врачам его жизнь безразлична, что его восьмидневная голодовка, по сути, игнорировалась и только в пятницу-субботу ее заметили — после звонка в больницу журналиста Naviny.by.

Голодовка — это нарушение правил внутреннего распорядка

Главный врач больницы в Волковичах Валентин Савко сказал, что о голодовке знает, что с пациентом побеседовал и что озабочен ситуацией. Будет действовать в рамках закона и своих полномочий.

В субботу 18 августа в Волковичи приезжал главный внештатный фтизиатр Минска, главный врач УЗ «2-й городской противотуберкулезный диспансер» Андрей Астровко. Он беседовал с Вячеславом Лабецким и пытался объяснить ему последствия голодовки. В комментарии Naviny.by врач сказал, что сообщил пациенту, что если тот будет выполнять предписания докторов, соблюдать все правила внутреннего распорядка без нарушений, в сентябре, когда подойдет шестимесячный срок принудительного лечения, будет рассмотрена возможность перехода на амбулаторное лечение.

Андрей Астровко подчеркнул, что голодовка — это нарушение правил внутреннего распорядка: «Я объяснил Лабецкому, что высококалорийная диета, как и прием лекарств, — это часть лечения. И то, и другое является условием соблюдения режима. Он не хотел этого слышать».

Что касается представления Лабецкого о том, что он не является социально опасным, оно ошибочно, сказал врач.

Согласно закону Республики Беларусь «О предупреждении распространения заболеваний, представляющих опасность для здоровья населения, вируса иммунодефицита человека» и постановлению Министерства здравоохранения №75 от 15.06.2012, к заболеваниям, представляющим опасность для здоровья населения, относится активный туберкулез органов дыхания вне зависимости от наличия бактериовыделения.

Ранее, когда только бактериовыделители направлялись на принудительное лечение, в год было около 1200 таких случаев. Один человек направлялся на принудительное лечение по нескольку раз, заболевание запускалось, переходило в устойчивую форму. Надо сказать, что если больной с мультирезистентной формой туберкулеза заражает кого-то, то именно устойчивой формой туберкулеза.

Теперь на принудительное лечение направляются больные вне зависимости от того, являются они бактериовыделителями или нет. Основной критерий — отказ от амбулаторного лечения, нарушение режима в туберкулезных стационарах. В результате ряда приятных мер (изменения в законодательстве, социальная поддержка, например, выдача бесплатных продуктовых наборов больным туберкулезом, которые регулярно получают лечение) приверженность к лечению улучшилась. И соответственно, количество случаев принудительного лечения уменьшилось — в год на него направляют по решению суда около 300 человек.

А количество коек для принудительного лечения за последние пять лет уменьшилось в стране с 720 до 450.

Андрей Астровко утверждает, что каждого больного туберкулезом предупреждают о возможности принудительного лечения. Что касается того, что не приглашают в суд, где выносится решение, то это делается в случаях, когда больной является бактериовыделителем.

Ну а для того, чтобы выписать пациента из Волковичей ранее, чем через полгода (полный курс лечения мультирезистентного туберкулеза составляет до 24 месяцев), больной должен не выделять бактерий туберкулеза и не иметь нареканий по нарушению правил внутреннего распорядка. Лабецкий не является бактериовыделителем. Однако, говорит врач, режим нарушает теперь и нарушал ранее.

Медики опасаются отпускать пациентов из Волковичей сразу после того, как они перестают выделять бактерии туберкулеза, потому что если человек не продолжит лечиться, то через одну-две недели снова будет опасным для окружающих:

«Лечение от лекарственно устойчивого туберкулеза обходится бюджету в 25 тысяч долларов в эквиваленте. Отмечу также, что принудительное лечение дороже соответствующего в тубдиспансере, так как есть дополнительные расходы на охрану».

«Диалога с врачами нет»

Любопытно, что пациенты этой информацией не владеют. Например, несколько человек из Волковичей сказали, что лечение можно не начинать с нуля, а продолжать через 60 дней после отмены. Еще говорят, что с врачами не находят общий язык.

43-летний Алексей Кузьменков, который лечится в Волковичах уже второй раз, утверждает, что «информации нет, что-то узнать о результатах анализов сложно, диалога с врачами нет».

Кузьменков, как и Лабецкий, заболел в местах лишения свободы и с переменным успехом лечит туберкулез 19 лет. Первый раз был в Волковичах в 2011 году, через полгода после того, как больные этой больницы объявили голодовку.

Больные туберкулезной больницы «Волковичи» угрожают объявить голодовку

Его вылечили за восемь с половиной месяцев, а теперь вот лечится 15-й месяц. Он работал, проходил медосмотры, но из-за того, что нарушал сроки сдачи анализов на туберкулез, был направлен на принудительное лечение по суду.

Алексей Кузьменков говорит, что по сравнению с 2011-м годом материальная база больницы и условия значительно улучшились, ведь «раньше здесь была тюрьма». Семь лет назад нельзя было пользоваться телефонами, компьютером, телевизор был роскошью, не было библиотеки, а теперь все это доступно. Нет проблем с передачей одежды, питание стало лучше. Однако по-прежнему нет никакого киоска, где можно что-то купить. Просят санитарок сходить в магазин, заказывают доставку.


Туберкулезная больница в Волковичах — голодовка новая, жалобы старые«Раньше требовали свет выключать в 21.30, теперь нет. Милиция работает в правовом русле. Если раньше обыски были обычным делом, теперь это редкость. В самом отделении милиция появляется в случае ЧП, больше работают по периметру», — сказал Алексей Кузьменков.

Однако мало изменилась атмосфера, хоть главный врач другой: «Такое впечатление, что положили тебя — и лежи, ничего не спрашивай. У врачей ничего не добиться. Есть мужчина, который лежит с декабря 2016 года. Он спрашивает, когда ему домой, а врач отвечает, что подумает. Есть люди, которые принимают минимальное лечение, не являются бактериовыделителями, но им говорят, что надо, чтобы они пробыли здесь два года. Для чего это надо? Чтобы занимали койку? Не редкость, когда врач говорит, что лежать здесь придется столько, сколько он захочет».

Можно говорить о том, что пациенты больницы — это специфический контингент, что они заинтересованы как можно раньше выйти на свободу и готовы ради этого на все. Однако врачам и пациентам неплохо бы было услышать друг друга.

В комментарии Naviny.by и главный врач больницы в Волковичах, и главный фтизиатр Минска подчеркивали, как понимают больных туберкулезом, мол, лечение тяжелое, длительное. И сочувствуют им.



380793