«Буду наглухо стоять». Лукашенко уповает на ОМОН и Всебелорусское собрание - Выборы 2020 на N1.BY

Когда-то Александр Лукашенко любил подчеркивать, что он — всенародно избранный. Теперь же вождь политического режима окончательно вручил свою судьбу в руки ОМОНа. В буквальном смысле. «Пока последний омоновец мне не скажет уходить, я буду наглухо стоять в этой стране рядом с вами плечом к плечу», — заявил Лукашенко 30 декабря, посещая отряд милиции особого назначения ГУВД Мингорисполкома.

Фото president.gov.by

Подобную фразу вождь произнес пару недель назад в могилевской областной больнице: «Пока последний омоновец и врач настоящий не скажет: “Всё, Лукашенко, ты свое дело сделал”, до тех пор я буду драться за эту страну».



Теперь, как видим, формулировка отточена, врачи из нее выброшены. Все-таки и среди медиков хватает вольнодумства. А вот омоновцы, которых вождь любовно называет красавцами, понадежней будут.

 

Про народ речи уже нет

А ведь когда-то риторика Лукашенко насчет своего ухода была совсем иной. В 2012 году гордо прозвучало: «Я пожизненно не буду за эту должность держаться. Как только народ откажется от моих услуг, я портфель под мышку и уйду».

Протесты уходящего года, когда на улицы Минска выходило до 200-300 тысяч человек (при том что выходили далеко не все недовольные), показали, что изрядная масса граждан как раз-таки отказывается от слишком навязчивых услуг бессменного президента.



Его личная популярность и поддержка его политики, как можно судить не только эмпирически, но и по данным социологии (полузадушенной, однако шевелящейся), капитально просели.

«Поддержку существующего режима сегодня очень грубо можно оценить в коридоре 15-30%», — утверждает социолог Оксана Шелест. По данным исследования, которое проводил британский аналитический центр Chatham House, за Лукашенко на выборах 9 августа проголосовало только 20,6% городского населения (и вряд ли составляющие меньшинство сельчане голосовали с точностью до наоборот).



 

Священная война против трусов на балконах

Так что не случайно лидер режима стал уповать на мнение омоновцев, настроения которых, надо полагать, сильно отличаются от «средней температуры по больнице».

Омоновцы, как и другие силовики, подвергаются усиленной идеологической обработке, которая сродни зомбированию. Типа: вы противостоите гибридной агрессии; вы спасители Родины; на протесты выходят бандюганы и наркоманы; если власть поменяется, то вас будут вешать на деревьях и т.п.

Вот и 30 декабря Лукашенко нагнетал страсти: «Возле наших западных и северных границ идет постоянное наращивание военного потенциала… Нам грозят не только введением новых экономических санкций, против нас развязали настоящую информационную войну, постоянно устраиваются политические провокации».

Традиционно были упомянуты «зарубежные кукловоды и их приспешники-коллаборационисты». А для пущего эффекта прозвучало: «Мы уже с вами видели таких в кадрах немецкой кинохроники, восторженно марширующих с БЧБ-флагами и портретами фюрера».

Такая патетика, видимо, призвана вдохновить блюстителей, воюющих против развешанных на балконах трусов крамольной колеровки: получается, что вовсе не дурью маются, а ведут священную войну с кровавым фашизмом.

Но дело не только в зомбировании. Чует кошка, чье мясо съела. Многие силовики, которым нынешняя безнаказанность развязала руки, в душе понимают-таки, что объективно наворочали дел на хорошие сроки при новой власти. Кое-кто вообще запачкался кровью так, что не отмоешь. Вдобавок эти деяния стали методично фиксироваться инициативами оппонентов режима.

Короче, у силовиков, которые оказались на переднем крае войны против нелояльного населения, есть серьезная мотивация держаться за нынешнего патрона и не желать его ухода. Отсюда и рефрен Лукашенко про «последнего омоновца».

Таким образом вождь сам очистил от фигуральности, наполнил буквальным смыслом злой мем своих оппонентов: «Лукашенко — президент ОМОНа». Картину усилило то, что 30 декабря высокому гостю вручили черный берет. «Вы были с нами в боевых порядках, и теперь вы полноценный боец ОМОНа», — сказал командир столичных омоновцев Дмитрий Балаба.

Налицо полная смычка, визуализация того, что Лукашенко и ОМОН теперь намертво связаны одной цепью. Показательно, что 30 декабря вождь раздал награды тем, кто попал под санкции Евросоюза и США. Вашингтон, например, внес в черный список минский ОМОН как таковой. Так вот эти госнаграды — месседж забугорным врагам: пусть захлебнутся бессильной злобой.

 

«Всенародное вече» отодвигается еще дальше от народа

Но даже при нынешнем скатывании в полицейщину белорусские власти еще не дошли до того, чтобы и новую Конституцию одобрять голосами одного лишь ОМОНа. Поэтому готовится действо под названием «Всебелорусское народное собрание».

Причем если раньше в процессе избрания делегатов ВНС хотя бы формально, косвенно принимали участие трудовые коллективы и граждане по месту жительства, то сейчас и такой механизм сочтен рискованным. Что четко показывает, насколько власти теперь боятся собственного населения.

В эти дни участники ВНС выдвигаются на сессиях районных и городских советов, а также заседаниях провластных организаций типа БРСМ. Причем это пиарится как высшая форма народовластия. Хотя на самом деле в местных советах нет ни одного оппозиционера. То есть априори лояльные персоны выдвигают лояльных в квадрате.

Ну а выдвижение участников ВНС от так называемых GONGO и вовсе ни в какие ворота не лезет: самих членов этих карманных структур никто не избирал даже формально. Так что, граждане хорошие, если у вас нет корочек, свидетельствующих об особой лояльности, то «всенародное вече» — не для вас и не для ваших представителей. Вы чужие на этом празднике жизни.

Власть на глазах окукливается, прячется от народа в кокон, охраняемый ОМОНом. Лукашенко вопреки аналитикам, пророчащим скорый транзит власти, явно не намерен брать портфель под мышку и уходить. В разгар протестов, когда даже работяги на МЗКТ кричали в лицо «уходи!», такие предательские мысли, может, и мелькали, но сейчас вождь режима явно приободрился.

Похоже, он счел, что уже оседлал ситуацию: протесты-де в основном задушены, а если что — то ОМОН справится. Новый год покажет, насколько оправдан этот расчет.