Повторить подвиг. Зачем взрослые в Башкирии играют в «войнушку» - Новости России на N1.BY

Всегда были и есть энтузиасты, которые мечтают ощутить себя закованным в латы средневековым рыцарем, великаном-гренадёром или советским солдатом, дошедшим до Берлина в победном 45-м. Откуда берётся это стремление, что движет этими людьми, и где они находят атрибуты далёких эпох? Об этом мы беседуем с председателем республиканского отделения Общероссийского общественного движения «Реконструкторы России» Аскаром Хабировым

Сложные времена

Алексей Шушпанов, «АиФ-Башкортостан»: – Аскар, как вы пришли в реконструкцию?

– Ещё подростком. Прогуливаясь после уроков с товарищем, заметили, как группа людей в доспехах занимается фехтованием. Несколько дней наблюдали за ними, потом подошли. Это оказались ребята из клуба «Рейд». Мы заинтересовались. С тех пор реконструкция стала неотъемлемой частью моей жизни.

– Какой период привлекает больше?



– Основной реконструируемый период нашего клуба – военные конфликты первой половины XX века, самые сложные временя для нашей Родины: Первая мировая, Гражданская, Великая Отечественная войны. Все эти события прошли через членов моей семьи, через судьбы моих предков. Конечно, они самые значимые для меня.



– Какие военно-исторические клубы работают в Башкирии, какие эпохи реконструируют, сколько людей объединяют?

– Более 10 исторических клубов объединяют более 150 энтузиастов. Каждый достаточно самобытен, а реконструируемые ими эпохи – уникальны. Ребята занимаются исторической реконструкцией самого раннего средневековья (IX-XI века), средневекового фехтования, основания Уфы стрельцами (XVI-XVII века), реконструкцией башкирских всадников, эпохой наполеоновских войн, Первой мировой и Гражданской войной, Великой Отечественной. 

– Откуда этот интерес к далёким событиям?

– От любви к истории. Реконструкторы, участвующие со стороны противника, конечно, не являются сторонниками никаких идеологий. Нами движет только желание прочувствовать и показать, что пришлось пережить солдатам, с каким сёрьезным врагом им довелось сражаться, как он был укомплектован и вооружён, какая тактика использовалась на полях сражений.

В шкуре солдата

– Реконструкторы всегда отмечали 23 февраля и 9 мая акциями. Как развивалось это движение?

– Разумеется, для нас памятные даты истории очень важны и мы стараемся в эти дни рассказать ещё больше о подвигах наших предков. 23 февраля проводили военно-исторические реконструкции по тематике Великой Отечественной войны, но в последние годы устраиваем выставки-лекции об униформе РККА. Всем желающим подробно рассказываем её историю, даём почувствовать вес снаряжения солдат.

К 9 мая всегда репетируем строевые команды, чтобы достойно пройти по проспекту Октября строевой коробкой в униформе, в которой наши деды возвращались с фронта. Гордимся каждым мероприятием, будь то классный час в школе или масштабная реконструкция, на которой присутствовало больше 15 000 зрителей. Так было, в частности, на аэродроме Первушино. В «боевых действиях» участвовала даже авиация и техника, в том числе реплика танка «Тигр». Для нас главное – чтобы память о подвигах наших предков не была забыта.

– Чем отличается обмундирование и вооружение советского бойца от амуниции солдата вермахта?

– В начале войны у немцев была качественная форма из шерсти. Распространённое мнение, что в ней было жарко летом, ошибочно. Она обладала эффектом термоса: в зной держала прохладу, в холод – тепло. Но потом в материал стали добавлять вискозу и различные искусственные материалы. После советско–финской войны 1939-40 годов в наших войсках появилась знаменитая шапка–ушанка, которую многие носят до сих пор. То, что не немцы были поголовно вооружены «шмайсерами» (правильнее говорить пистолетом-пулемётом MP-40) – это киношный стереотип. Основным стрелковым оружием была винтовка Маузера, более дорогая и сложная в производстве, чем наша винтовка Мосина. У противника, кстати, в начале войны не было самозарядных винтовок, и немцы охотно пользовались нашей, СВТ–40. Как и ППШ, его барабанный магазин вмещал 71 патрон, а рожок MP-40 – в два раза меньше.

Дорогие раритеты

– Многие участники движения ремонтируют боевую технику, автомобили, мотоциклы тех лет. Если это невозможно, изготавливают реплики. О чём хотелось бы рассказать особо?

– Без техники невозможно показать ряд тактических маневров на поле реконструкции. В данный момент многие наши участники и энтузиасты восстанавливают старую технику. В нашем автопарке имеются автомобиль ГАЗ-АА, мотоциклы М-72 и R-71, 45-миллиметровая пушка, полевая кухня образца 1942 года. Мы дружим с коллекционерами военной техники, огромное спасибо им за то, что дают ей вторую жизнь. Мы же, в свою очередь, не даем скучать им в музеях.

– Ваше хобби дорогостоящее? Сколько, например, стоит экипировка советского солдата 1941 года?

– Надо понимать, что любое увлечение, если им заниматься профессионально и углубленно, недешево. Базовый комплект, без макета вооружения, начинается от 30 тыс. руб. В 1941 году РККА была снабжена как одна из передовых армий мира, многие предметы снаряжения были утрачены в первые месяцы войны, поэтому образы красноармейца 1941 года и фронтовика 1943-45 годов будут кардинально отличаться.

– Где достаёте пуговицы, ремни, подсумки, каски и т.п.?

– Униформу нам шьют в Беларуси, из копии материала, который изготавливается на старых довоенных станках. Кожаное снаряжение приезжает аж из Абакана. Ну и постоянно отслеживаем профильные ресурсы и форумы, интернет-аукционы, сайты объявлений. Иногда что-то можно найти на развалах и уфимских барахолках. Какие-то элементы снаряжения можем копировать самостоятельно и довольно неплохо.  

– Ваше оружие очень напоминает боевое, даже «стреляет». Как перевозите его? Нет проблем с правоохранительными органами?

– У нашего клуба никогда не было оружия как такового. Мы чтим законы и имеем в своём «арсенале» лишь предметы, визуально схожие с оружием реконструируемых эпох. Они стреляют исключительно свето-шумовыми холостыми патронами и снарядами, и при соблюдении техники безопасности совершенно безопасны. Но мы относимся к нему не как к игрушке, а как к настоящему оружию, при использовании и перевозке соблюдаем те же предписания, что и охотники. Поэтому с полицией у нас проблем не было.

День Победы – впереди

– Власти как-то помогают или всё на голом энтузиазме?

– Сегодня есть грантовая поддержка, нам удается получить субсидии от федеральных проектов Росмолодёжи, Фонда Президентских грантов, Российского военно-исторического общества, ряд республиканских грантов по выигранным проектам. Финансы направляем на проведение зрелищных мероприятий. Так, в прошлом году провели всероссийский фестиваль «Гроза над Белой», посвящённый 100-летию Уфимской операции, взятия города красными войсками. Но основные затраты ложатся на плечи самих участников.

– Выезжает ли клуб в мероприятия за пределами республики?

– Конечно, регулярно. В сезон бывает, каждые выходные проводим на полях реконструкций. География наших поездок – от Калининграда до Красноярска, от Эльбруса до Мурманска, зарубежные страны. Участвовали в торжествах, посвящённых 70-летию освобождения Киева от фашистской оккупации. 22 июня 2016 года участвовали в реконструкции начала Великой Отечественной войны в Бресте. Если позволит ситуация, планируем в октябре посетить Казахстан.

– Как отметили 75–летие Победы в условиях тотальных ограничений?

– В юбилейный год, конечно, было грандиозное количество планов. Помимо прохождения во главе «Бессмертного полка» планировали провести для уфимцев мероприятие «Рио-рита – радость Победы». Любой желающий смог бы погрузится в атмосферу 9 мая 1945 года: послушать военный оркестр, научиться танцевать танцы того времени. Но ситуация с эпидемией внесла коррективы. Радует, что 75-летие – это не только 9 мая. После снятия ограничений проведем в республике ряд мероприятий. Так что следите за анонсами!

Досье
Аскар Хабиров родился в Уфе в 1992 году. Закончил Башкирский государственный медицинский университет. С 2011 года – руководитель военно-исторического клуба «Рейд».

 







X