Бдительные российские дипломаты это заметили и заставили американцев все поправить. Мелочь? Не просто мелочь, а супермелочь. Но множество подобных супермелочей складываются в очень важное явление глобального масштаба. Параллельно со схваткой с собственно COVID-19 главные полюса политического притяжения на планете ведут еще и связанную с коронавирусом информационную войну. От того, кто победит в этой войне, в очень большой степени будет зависеть будущий расклад сил в мире.



В еще совсем недавние, но уже подернутые дымкой нереальности докоронавирусные времена престиж той или иной державы мирового значения зависел от мощи ее экономики, силы ее армии и привлекательности ее культуры. Ни один из этих показателей, разумеется, не потерял своей актуальности. Но все эти привычные критерии были внезапно оттеснены в сторону дерзким новым «пришельцем».

Как та или иная держава справляется с эпидемией ковид-19? И какова степень ответственности этой державы за то, что мир оказался погруженным в коронавирусный кошмар? Если отталкиваться от этих критериев, то два главных современных претендента на мировое лидерство — Америка и Китай — оказались сейчас в одинаково уязвимом положении. Привыкшие всегда быть самими-самыми США являются сейчас мировым рекордсменом в смысле смертности и размаха эпидемии. А над Китаем повисло черное облако обвинений: стремясь обезопасить свой престиж, Поднебесная не приняла вовремя решение о закрытии своих внешних границ и таким образом экспортировала вовне свою чисто внутреннюю проблему.



Показатели смертности в США от COVID-19 говорят сами за себя (или, вернее, против репутации Америки как самой передовой страны мира). А против Китая работает то, что американцы называют track record: послужной список, прошлый опыт поведения в схожих (но не таких масштабных) ситуациях.

Купив недавно русскую версию опубликованной еще в 2005 году в США книги Майка Дэвиса «Монстр у ворот: глобальная угроза птичьего гриппа», я сначала очень долго горько смеялся, обнаружив в ней следующий пассаж о загадочной болезни, охватившей некоторые провинции Китая в 2003 году: «Работая день и ночь в течение месяца, лабораториям Гонконга и Шеньженя удалось обнаружить коронавирус. И, хотя эпидемиологи вздохнули с облегчением, узнав, что это был не пандемический штамм гриппа, они были ошарашены тем, что один из представителей семьи вирусов, симптомами которого были диарея и простудное состояние, оказался таким безжалостным убийцей».



Эпидемиологи «вздохнули с облегчением, обнаружив коронавирус» — если смотреть из 2020 года, то эти слова вызывают мощный шок. Но не менее мощный шок у меня вызвало и описание того, как китайские власти реагировали на появление на своей территории коронавируса 17 лет тому назад: «После того как пресс-секретарь министерства здравоохранения Китая заявил репортерам, что «любая дальнейшая информация будет подвергаться цензуре со стороны отдела пропаганды компартии», объективное освещение ситуации с эпидемией и вовсе стало почти невозможным...

16 апреля Всемирная организация здравоохранения пошла на беспрецедентный шаг, открыто обвинив китайское правительство во лжи и «сокрытии достоверной информации» об эпидемии... Министр здравоохранения во всеуслышание заявил, что эпидемию взяли под контроль и никакая опасность приезжающим в Китай не угрожает.

И, тем не менее, в стране нашелся человек, открыто выступивший против официальной линии министерства. Цзянь Янйонг, отставной военный врач, разослал электронные письма, в которых обвинил министра здравоохранения в откровенной лжи. Его рассказ был опубликован в журнале Time и «вызвал в Пекине настоящее политическое землетрясение».

Получается, что тот кошмар, в который превратилась наша реальность в 2020 году, мог воплотиться в жизнь еще раньше — в 2003 году. И если китайские официальные лица не проявляли по поводу вируса особой честности и открытости 17 лет назад, то насколько мы можем доверять их заявлениям сейчас?

Я осознанно не встаю в этой информационной войне ни на китайскую, ни американскую сторону. Лишь констатирую: сильные в козыри в этой схватке есть и у той, и у другой стороны. А цена победы в ней и вовсе является запредельной. Столкнувшись с крушением привычного образа жизни, человек больше всего хочет знать: кто в этом виноват? Представьте себе, что будет, если такой виновник вместе с «гарниром из убедительных доказательств» будет преподнесен Америкой миру на тарелочке с голубой каемочкой. Я, правда, не верю, что у США получится осуществить этот трюк. Но американцы точно будут очень сильно стараться.

Где эта новая форма схватки за мировое лидерство оставляет Россию? Частично — в довольно комфортном положении человека, который не обязан участвовать в драке и может наблюдать за ней со стороны. Конечно, геополитические реалии таковы, что симпатии российского государства однозначно находятся на стороне Пекина, а не Вашингтона. Однако это не должно нас обязывать таскать для Китая каштаны из огня. Пусть китайцы делают это сами.

У нашей страны своя война — своя схватка с вирусом, свое густо переплетенное с этой схваткой информационное сражение. И отражение атак зарубежных «клеветников России» — всего лишь один из компонентов этого сражения. Другой компонент сражения — так называемый внутренний фронт. И на этом фронте самое важное — быть честным по отношению к самому себе и друг к другу. Посольство РФ в Вашингтоне мгновенно отреагировало на довольно-таки второстепенный материал агентства «Блумберг».

Но вот, например, российское интернет-издание «Медиазона» на днях опубликовало исследование, результаты которого гласят: воюющие с COVID-19 медики погибают в России во много раз чаще, чем в других странах. Очень хочется увидеть подробный и откровенный рассказ властей о том, как в этом плане все обстоит на самом деле.

Престиж российского государства это точно укрепит не меньше, чем победа над «Блумбергом». Я не хочу ни на кого конкретно намекать, но россияне точно заслужили того, чтобы с ними разговаривали как со взрослыми людьми, способными осознать и принять даже горестные и обидные факты. У Сергея Собянина разговаривать с населением в таком стиле получается. По поводу некоторых других крупных российских чиновников у меня такой уверенности пока нет.







X